Книга Дар смерти, страница 298 – Анна Трисс

— Жрица права! – воскликнул эльфид с телосложением быка. – Мы не допустим расистских притеснений в нашем городе. Мы такие же свободные и равноправные граждане, как и люди. Я плачу свой налог, у меня семья и честная работа. И хватит винить нас во всех ваших бедах при малейшей возможности!

Солдат с криком отступил назад, не решаясь обнажить свой меч.

— Публичное неподчинение Торговой милиции недопустимо ни в одном городе Терфламмы, сестра Лена! – пригрозил он, бросая на непримиримую жрицу заносчивый взгляд.

— И что вы сделаете? – с вызовом спросила Лена, уперев кулаки в бедра. – Ударите старую безоружную женщину и потащите к Дантельере, чтобы отрубить голову?

По толпе пронесся ропот недовольства и возмущения.

— Ведь именно так ваше братство избавляется от неугодных всех категорий, если я не ошибаюсь! Но я напомню вам, милиционер, что я не Тень, я всего лишь Высшая жрица храма братства, религиозного института, сосуществующего с Гильдией в Клепсидре уже более пяти веков, и я вовсе не собираюсь говорить от их имени!

— Наденьте на нее наручники! – крикнул человеческий торговец.

— Пока я жив, никто не посмеет тронуть миледи Лену! – возразил эльфид, приближаясь к жрице Жизни. – Она когда-то спасла жизнь моей сожительницы!

Панама нахмурилась. Ситуация на рыночной площади грозила перерасти в открытый конфликт. Эльфид, бросившийся на защиту Лены, сунул руку в карман своей куртки: он был готов вынуть нож. Двое мужчин поблизости сжимали кулаки, обзывая друг друга последними словами. Вцепившись в рукоять своего меча, растерянный милиционер явно нервничал, наблюдая за крепким эльфидом, не сводившим с него угрожающего взгляда. Юная ученица опустила глаза на испуганную женщину, которая пятилась, прижимая к ногам двух малышей. Если начнется всеобщая потасовка, погибнут невинные люди…

Панама набросила на свои рыжие волосы капюшон пальто и прикрыла нижнюю половину лица темным шарфом, обернутым вокруг шеи. Она не надела кирасу, но это было неважно. С отчаянно бьющимся сердцем ученица, расталкивая зевак локтями, пробралась в центр конфликта, после чего закатала рукав и подняла руку вверх, чтобы зрители могли увидеть ее татуировку дракона с одним шипом.

— Я могу говорить от их имени! – крикнула она своим самым низким голосом, чтобы выдать себя за парня.

Все участники событий тут же повернулись к ней и застыли, словно время остановилось. Ее кулак был поднят к облакам. Она прерывисто дышала под своим шарфом.

«Наставник меня убьет. Пекло, возможно, тоже. И Мрак».

— Ты кто? – выдохнул милиционер с круглыми от удивления глазами.

— Вы плохо видите, солдат? Это же Тень! – ответил эльфидский мальчишка, который стащил сосиску, показывая на черного дракона, красующегося на белой коже Панамы.

— Тень-человек, – недоверчиво проворчал старый эльфид с ножом.

Панама бросила короткий взгляд на Лену, которая широко улыбалась, положив руку на свой медальон братства.

— Высшая жрица не проявляла к вам неуважения, милиционер, – заявила Панама обманчиво уверенным тоном, нарочито медленно опуская руку. – Она лишь донесла до вас общеизвестный факт, что вы не можете здесь командовать, не ставя под угрозу стабильность Всеобщего перемирия. Сомневаюсь, что высшие Тени позволят человеческому мяснику отрубить руку мальчику из их народа в их собственном городе за такой несерьезный проступок, как кража сосиски. Но если вы хотите услышать их мнение лично, я могу позвать двух своих Глав, чтобы они положили конец вашим бурным утренним дебатам. Не волнуйтесь, они прибудут быстро, – невозмутимо добавила она.