Книга Дар смерти, страница 295 – Анна Трисс

С искренней любовью, Астре.

Уголки губ Ибранхама поднялись в торжествующей улыбке.

Замечательный улов.

Принц аккуратно сложил письмо и убрал его в карман своей униформы. Остальные послания были не столь показательны; он собирался передать это письмо Дразену, самому влиятельному представителю знати Десятилетнего совета и пророку дриаден. Жрец-политик терпеть не мог Абинка Солани; как только Дразен получит на руки это доказательство, человек будет официально арестован и предстанет перед Десятилетним советом, чтобы быть осужденным по законам Незапамятных земель.

* * *

Взяв под ручку Клеомену, Панама прогуливалась по рыночной площади Клепсидры, как обычная девушка. Она наблюдала за людьми, снующими вокруг ранним утром, человеческими матерями, покрикивающими на свое беспокойное потомство, за шумными торговцами с выразительной жестикуляцией, эльфидами без дара, смешивающимися с толпой благодаря природной скрытности. Раз в месяц Менос закрывал свой «Ляссе», оставляя в магазине стража, и устанавливал маленький прилавок с книгами в южной части площади. Панама знала, что ее друг-гном всегда ждал этого дня с лихорадочным нетерпением.

Пока старая кухарка выбирала фрукты и овощи, болтая с продавцом, Панама принялась разглядывать большое граффити, покрывавшее всю часть стены. Стоя спиной к ней, какая-то женщина энергично терла камни щеткой с пеной, чтобы убрать провокационный рисунок. Учитывая размер творения, ей понадобится на это не один час. Рядом с ней на табурете сидел старый солдат Торговой милиции и лениво наблюдал, как работает прислуга, время от времени делая глоток вина из своего бурдюка. Наверняка он заплатил ей несколько скептрионов, чтобы она сделала за него всю работу.

«СМЕРТЬ ТОРГОВОЙ ТВАРИ!» – такая надпись на человеческом языке красовалась под грубой карикатурой. Внушительный труп гидры, выкрашенной в желтый цвет, лежал на земле перед высокой стеной, за которой виднелись красные башни. Шесть отрубленных голов существа висели на городской стене, по камням которой стекали кровавые струи. Враги Торговцев были настолько лишены воображения? В любом случае Лига уже многие десятилетия подавляла в зародыше все попытки народных бунтов.

Панама обернулась и нашла взглядом Клеомену, которая укладывала кабачки в свою корзину, ругаясь на слишком высокие цены продавца. Это вызвало у нее улыбку, и возникло приятное ощущение дежавю. Она сотни раз ходила со своей матерью на деревенский рынок, когда была маленькой. Талия тоже постоянно негодовала из-за цен на продукты.

Они подошли к прилавку Меноса. Покраснев от гнева, гном стучал кулаком по столу, ведя оживленную полемику с клиентом по поводу древней книги, посвященной ритуалам некромантии Черной императрицы. Его собеседник имел несчастье высказаться, что подобные книги следовало сжечь после Континентальной войны.

— Торговая лига должна была хотя бы запретить их продажу, – с отвращением заявил мужчина.

— Ваша грамотность не делает вас умнее, мессир! Ни одна книга не должна подвергаться цензуре. Ни одна, даже та, которая описывает худшие идеи мироздания! Осознание добра и зла необходимо для пробуждения нашего разума. Понимание и принятие нашей истории с ее темными и светлыми сторонами нужны для улучшения нынешних и будущих условий жизни! Мы учимся на своих ошибках, да, но можно также учиться на ошибках своих предшественников! – воодушевленно выдал Менос.