Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 82 – Лин Няннян

— А вы? Не будете есть?

— Если наутро останется клубень сладкого картофеля, я им утолю голод, – ответил тот, уже прислонившись спиной к дверному косяку.

У Чан мог бы съязвить: видимо, этот бессмертный господин просто не доверяет его готовке и скорее выберет пустоту в желудке, чем несварение. Однако в действительности он понимал мотивы Лао Вана. Как и предписывают правила Туманного хребта, даос ставил благополучие смертных выше собственного.

Мастер Ли и Ланъэр зря мешкать не стали и быстро приступили к трапезе.

— Не торопитесь вы так, еды предостаточно. – У Чан предусмотрительно придвинул свою чашку рагу к Ланъэр.

Какое-то время в доме слышался шум поспешных глотков. Лао Ван кривился при каждом звуке. Казалось, еще немного, и он отправится спать под открытым небом в компании бродячих собак. Но, к его счастью, буквально за пару укусов все съели. Мужчина с девчушкой одновременно довольно выдохнули и похлопали себя по набитым животам. Кто-то сказал бы, что это глупо, но сейчас они поразительно походили на неудачливого отца и его любящую дочку.

Едва закончив с едой, Ланъэр подскочила и, прежде чем улечься спать рядом с «отцом», заботливо положила один клубень у тлеющей жаровни – по-видимому, чтобы к утру не остыл. Видел бы это Лао Ван – возможно, смягчил бы свою черствость.

Мастер Ли устроился у противоположной стены, подложив под голову скомканную тряпку. Их с наследником взгляды не единожды за вечер неловко встречались. И сейчас У Чан вновь посмотрел на мужчину, который прикрыл глаза. Он так и не задал ему уйму вопросов. Не поблагодарил за то, что тот сдержал слово и ни разу не обмолвился Лао Вану о демоне. Хотя мастер Ли ничего и не обещал – просто предусмотрительно промолчал.

Тут уж вспомнился голодный Сянцзян.

У Чан взял свой клубень и улегся на полу подальше от даоса. Затем отщипнул сладкого картофеля, заглянул за ворот и молча предложил. Голова змея недоверчиво вынырнула из кармана. Полная тишина вынуждала Сянцзяна прикусить длинный язык, и потому он лишь ядовито поглядывал на сонное лицо наследника, медленно проглатывая угощение.

Едва небо окрасилось в бледно-розовые тона, все четверо уже стояли на единственной опустошенной улице. Утро выдалось свежим и колючим, дыхание вырывалось изо рта белыми облачками. Мастер Ли, поднявшись вместе с Лао Ваном, успел найти в одном из заброшенных домов одежду поприличнее – потертый, но чистый халат. И теперь он выглядел почти достойно, если не считать впалые щеки и исхудавшее тело.

Ланъэр тем временем исчезла – побежала поделиться остатками еды с местной собакой и ее щенками. Пока девочка не вернулась, Лао Ван обратился к спутникам и особенно призвал к серьезности мастера Ли:

— Когда мы выясним, где именно держат кочевников, вы возьмете Ланъэр и отправитесь к лекарю. – Но все же решил пояснить: – Ночью у нее был сильный жар и озноб. Боюсь, все куда хуже, чем я предполагал.

Следом он посмотрел на двух коней. Вопрос о том, кто кого повезет, повис в прохладном воздухе. Ланъэр, едва объявившись, словно бы все поняла и схватила мастера Ли за рукав. Ее темные бесстрашные глаза так и поглядывали на даоса с недоверием.

— Она хотела бы поехать со мной, – ответил за нее мастер Ли, однако в голосе трепетала неуверенность. – Но я не смогу удержать ребенка и управлять лошадью. Мои руки… они уже не те.