Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 146 – Лин Няннян

— С первого дня исчезновения. Мы хотели сразу объявить о пропаже, отправиться на ее поиски. Но она каждый раз возвращалась по крохотному крысиному туннелю. Племянник пытался с ней побеседовать, он у нас вообще паренек добрый, но девочка сильно своенравная и на всех с кулаками кидалась.

У Чану казалось, что Ланъэр так реагировала исключительно на Лао Вана. Начальник заметил его удивление и, вздернув уголок рта, заявил:

— Ну, значит, вы ей пришлись по душе, молодой господин.

Более задерживаться солдаты не стали. Они разместили пойманных в повозки и отправились на край города к жуткому зданию с двумя каменными львами с отколотыми носами. Разгонять зевак на широкой улице осталась городская стража.

Го Бохай тоже без дела не стоял и все это время помогал прислужницам. Как раз когда он закончил, наследник проводил начальника цензора взором и направился к наставнику. Расстояние между ними сокращалось, и в то же время стремительно рассеивалась их прежняя безмятежность. Го Бохай не сразу нашел что сказать.

На озадаченном лице У Чана все читалось, как в открытой книге, и для него это не было секретом. Он уже хотел произнести первым: «Учитель», но обращение застряло, когда взгляд упал на наручи из темного металла. Го Бохай не торопясь, со знакомой плавностью протянул руку. У Чан принял их и молча сомкнул на запястьях. Взамен получил лишь короткий стылый проблеск в глазах наставника – мелькнул и пропал, будто и не было.

— Ты хорошо постарался. – Его похвала, аккуратная, точно неспешные шаги по глади воды, тронула нечто в черной глубине обиды наследника.

Самоуверенный тон съежился, подобно хвосту самодовольного пса.

— Еще не все дела улажены. – Он тоже осторожно подбирал слова, боясь нарушить это тонкое равновесие. – Надо отыскать Лао Вана, прежде чем мы уедем. Мастер Ли, которого мы повстречали в поселении, очень переживал за кочевников. Думаю, он обрадуется, узнав, что с ними теперь все будет хорошо.

Мягкий лик наставника озарила теплая, едва уловимая улыбка. У Чан почувствовал немыслимое умиротворение, разлившееся по телу. Усталость бессонной длинной ночи растворилась. Все как в прошлом. Как раньше. Этот глупый разлад, это непонимание останутся позади, как дурной сон. От нахлынувшего облегчения шея наследника вспыхнула огнем. Он приложил ладонь к затылку, готовый подойти ближе, и тут услышал:

— Тогда тебе следует поспешить.

Брови взлетели. У Чан замер, словно налетел на невидимое препятствие. Он медленно поднял голову, рассматривая бесстрастное лицо учителя.

— Вы не пойдете со мной? – голос дрогнул, выдавая всю растерянность.

— У этого наставника есть дела на постоялом дворе.

В ушах все еще звенело эхо толпы. Перед взором стояло выражение, с каким наставник смотрел на ученика сверху вниз.

Лао Ван оставил записку для У Чана. Оказывается, этот слепой даос владел кистью столь искусно, что в сравнении с изяществом его штрихов большинству зрячих должно быть стыдно.

Найти лавку, где лекарь продавал травы и пилюли, не составило труда. Маленькое здание одиноко стояло на торговой улочке. Горький запах ощущался еще с улицы, а потемневшая от времени дверь еле держалась на скрипучих петлях. У Чан толкнул ее и сразу встретил вытянутую белую фигуру с повязкой на глазах.