Книга Маг, сдерживающий армии, страница 78 – Aki

Всё было так… чудовищно обыденно. Глупо. Реально.

Я пришёл сюда с грузом вины, способной обрушить горы, и силой почти бога, способного рождать и уничтожать звёзды. А мир встретил меня проблемой со сдачей, усталой продавщицей и мужиком, купившим портвейн и «Беломор» на утро понедельника. Мир не рухнул. Не изменился. Не стал на колени перед новой реальностью. Он просто был. Продолжал быть. Поглощал таких, как я, в свою плотную, грубую ткань повседневности, перемалывая апокалипсисы и сверхсуществ в бытовые неудобства и случайные, ничего не значащие добрые жесты.

И в этой чудовищной, абсолютной, всепоглощающей нормальности было что-то более обескураживающее и пугающее, чем любой ночной кошмар. Потому что против явного апокалипсиса, против чудовищ можно было бороться. Можно было применить силу. А против этого — простого, глупого, упрямо продолжающегося мира, в котором твоё могущество бессмысленно, — я был совершенно бессилен. Мне в нём не было места. Или место было, но только такое: неловкий, неумелый чужак у кассы, которому не хватает мелочи и который не знает простых правил…

Мда… Вот так поворот.

Я вздохнул, сунул пакет под плащ, чтобы не мёрзла рука, и развернулся идти обратно. К моей резиденции. К моей шикарной, комфортабельной клетке с видом на лес. Туда, где мне, по крайней мере, было понятно, кто я, зачем я существую и какие правила игры. Где наблюдение было явным, а ожидания — чёткими.

Шаги обратно казались вдвое тяжелее, хотя физически я совсем не устал. Я больше не смотрел по сторонам, не вслушивался в пение птиц, которых и не было, и не вдыхал больше воздух полной грудью. Я просто шёл, опустив голову, чувствуя, как холодный весенний ветерок обжигает лёгкие, а куриная грудка под плащом приятно, глупо холодит бок.

Благодать… Или её полная, окончательная противоположность. Я ещё не решил.

Возвращение в резиденцию было похоже на движение по тоннелю с зажмуренными глазами. Внутри грохотало эхо от двух простых фраз: «Своих не кидают» и «Человек с востока». Они бились друг о друга, как льдины в половодье, никак не складываясь в осмысленную картину, но вытесняя всё остальное. Даже кошмар с бабушкой отступил перед этой простой, бытовой несообразностью.

Я был Первым Магом. Живым оружием. Стратегическим активом. Разгневанным богом. Пожирателем судеб. Но для мужика в камуфляжной куртке и продавщицы Кати я был просто неудачником с большой купюрой, которому не хватило мелочи на курицу.

Какая из этих правд была настоящей?

Ворота резиденции снова беззвучно разъехались в стороны. Сторож мельком кивнул мне, как бы поздравляя с возвращением.

Я прошёл по гравийной дорожке, и только когда дверь за мной захлопнулась с мягким щелчком высокотехнологичного замка, я позволил себе остановиться. Тишина холла оглушала меня после уличных звуков.

Куриная грудка, — напомнил мне внутренний голос, лишённый теперь иронии, просто констатируя факт. — Ты хотел её приготовить. Так сделай это.

Да. Действие. Простое, механическое действие…

Я медленно направился вглубь резиденции, мимо парадных залов, которые казались декорациями из дорогого интерьерного журнала. Кухню я нашёл интуитивно — большую, светлую, сверкающую сталью и стеклом. Всё здесь было новым, идеально чистым и абсолютно бездушным. Как в выставочном образце. Ни намёка на то, что здесь кто-то живёт, готовит, ест.