Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 181 – Лоис МакМастер Буджолд

Она махнула рукой в сторону дома, и Аликстра, уловив намек, позвала Киттио.

— Теперь мы должны вернуть щенка его маме в его постельку, – сказала она сыну. – Как и тебя.

И Аликстра многозначительно подняла фонарь.

Протесты Киттио заглушил зевок, и оба рассмеялись. Он зашагал рядом с ней по садовой дорожке, врезаясь в ее бедро точно так же, как щенок врезался в его колени – и, очевидно, с тем же удовольствием.

— А где этот белый человек? – донесся из темноты его голос. – Я хотел увидеть белого человека.

— Мастер Боша вернется позже, – ответила ему Аликстра. – И ты не должен невоспитанно таращиться на него, когда вы встретитесь…

Это будет непросто, заметила Дез. Я сама таращусь на Боша.

Осмелюсь предположить, интерес Киттио будет не таким сладострастным.

С учетом наших с ним физических состояний сомневаюсь, что «сладострастный» – уместное слово, Пен.

Тогда эстетическим.

Уже лучше.

Танар взяла свой фонарь, и Пен проводил ее к дому.

— Вас так долго не было, – сказала она. – Я думала, вы вернетесь намного быстрее.

Вероятно, не стоило говорить: «Вы не зря тревожились», – хотя это была правда.

— Возникли непредвиденные осложнения, с которыми мы справились, но они породили новые. Дайте мне возможность умыться и немного перекусить, и я все вам объясню.

— Мама не станет обращать внимания на вашу дневную грязь. И мы можем принести вам еду в ее комнату.

— Я воспользуюсь вашим предложением насчет еды, но Аликстре придется отмывать своего мальчика, прежде чем уложить в постель. Я могу сделать то же самое.

Это даст ему чуть больше времени на раздумья, хотя даже долгая поездка в плетеном возке не слишком помогла. Он устал бы меньше, если бы сам его тянул.

Танар справилась с нетерпением и кивнула.

— Я… не ожидал, что вы с Аликстрой подружитесь, – осторожно сказал Пен, когда они шли вдоль ряда кедров, выстроившихся в темноте, словно благоухающие стражи. – Когда это произошло?

— Мы не то чтобы подружились. Но она оказалась интересной собеседницей.

— Со мной она не слишком откровенничает. И не без причин.

— Я разговорила ее позавчера, когда мы придумывали ей наряд и легенду для вечеринки у Метани. Я хотела понять, как она сделала то, что сделала. Не механизм, который я все равно не смогла бы повторить, а как она собралась с духом. Не могу сказать, что восхищаюсь ею – и определенно ей не завидую. Но она хороший пример того, что может сделать одна женщина, если поставит перед собой цель.

Вероятно, не самый хороший пример, пробормотала Дез.

— Вас охватил дух соперничества… верно? – сухо спросил Пен.

Танар пожала плечами.

— Осознав, какая передо мной открывается возможность, я больше не могла сидеть сложа руки. Когда тебе выпадает стратегическая удача, какую Аделис называет божьим даром, упустив которую, будешь раскаиваться всю жизнь… И в этом была некая поэтическая справедливость.

И не только поэтическая, вставила Дез.

Танар… была права. Пен решил не спорить.

* * *

Госпожа Ксарре, по-прежнему в наряде для домашнего ужина, как и прежде, ждала их в своей ярко освещенной гостиной. Вокруг ее кресла снова были расставлены еще пять кресел, одно из которых останется пустым. Пен подумал, уж не являлось ли оно молчаливым напоминанием. Или упреком. Ироки пришел раньше и теперь сидел рядом с хозяйкой дома, будто необычный новый компаньон. Последней явилась Аликстра, уложив в постель вымытого Киттио. Пен слышал их в банях, где Киттио разрывался между нелюбовью к мочалкам и восхищением удобствами, которыми до него почти так же восхищался угодник.