Книга Серафима спешит на помощь, страница 90 – Салма Кальк

Я и охнуть не успела, как Хьюго меня подхватил и закружил, и мне оставалось только ногами перебирать, чтобы не улететь в небеса, да если по правде, то кто б мне дал, в небеса-то! Он держал крепко, но осторожно, И когда музыка закончилась, то поднял меня и провернул в воздухе. И это было здорово.

Дальше становились в круг и танцевали какие-то совсем простые танцы — два прихлопа, три притопа, погрозить пальцем то своему партнёру, то соседу. А потом ещё и менялись парами, кружились и доходили до следующего, и музыканты играли, пока все не вернулись в свои пары.

После какого-то там по счёту кругового танца музыкантам принесли выпить, и мы тоже отошли к столу, я прямо плюхнулась на лавку со счастливым лицом.

— Здорово-то как, — сообщила я Хьюго.

— Вот и хорошо, леди моя сияющая, — улыбнулся он.

Какая ещё сияющая? А потом до меня дошло. Сгустились сумерки, горели факелы, а маги — он, Бриан, Роберт и Ричард — добавили ярких магических шаров, и в этом свете моё белое платье и даже, кажется, волосы казались светящимися. Невеста у них не одевалась в белое, а в жёлто-красное какое-то, и в белом я была одна. Неудивительно, что на меня пялятся. Пялятся потому, что я с Хьюго, и значит — вскоре хозяйка этих земель, но ещё и потому, что вся белая и сияю. И это оказалось неожиданно здорово.

Меня подхватило и понесло, и когда заиграли следующий танец, я потащила Хьюго становиться. Это была цепочка, он стал первым, я следом, за мной Бриан с какой-то местной девушкой, и дальше, дальше. Шагали просто — три шага вперёд, один назад. И мелодия ускорялась, и в конце уже просто бежали, пока не остановились с последним звуком.

Мы отдышивались, обнявшись, стояли с краю площадки в относительной темноте, а музыканты завели что-то медленное и очень красивое, и тоже запели все, а песня оказалась про то, как встретил деревенский парень в лесу красавицу, и она сказала ему — заблудилась, мол, и он вывел её из лесу и привёл домой, и оказалось, что родных у неё нет, идти некуда, да он и не хотел её отпускать, потому что влюбился.

— А чего никто не танцует? — не поняла я.

Мелодия красивая, самое то под медляк.

— Так нет такого танца, — улыбается мой рыцарь.

— Куда там нет, пошли, — я потянула его прямо в центр.

Терять-то уже нечего, да?

В общем, я сложила его руки себе на талию, сама обхватила его за плечи, и мы некоторое время просто перетаптывались там, а потом до него что-то дошло, не иначе, и он осторожно отцепил мои руки, взял меня за кончики пальцев и повёл по кругу. Я подстроилась — на носочках, мелкими шагами, в такт музыке. И дальше мы что-то творили — то он, то я, то снова он. Меняли направление, он передавал меня из одной своей руки в другую, и я поворачивалась и проходила под его рукой, а потом он отпустил меня, и я как почуяла, что надо сделать — улетела вперёд, оглядываясь на него, а он шёл за мной, и догнал, и я сама обернулась к нему — и мы снова закружились в кольце рук. А вокруг нас тем временем пели, как та девушка согласилась стать женой парня, но сказала, что раз в месяц будет уходить в лес, и ему нельзя следить за ней. Он согласился, и не следил, и они жили хорошо, и трёх сыновей родили, а потом ему какая-то блажь в голову ударила, и он проследил, и узнал, что она не человек, а крылатое чудовище, и она сказала ему, что не может больше оставаться с ним, и улетела, а он остался с сыновьями. И так тосковал, что больше не мог, и пошёл её искать, и нашёл где-то на краю света, и она вернулась с ним домой, и аллилуйя любви.