Книга Ангелина. Проклятая сила, страница 88 – Салма Кальк

Дальше я объяснила, каким образом можно лишить жизни кого бы то ни было.

— Что такое голосование, знаем?

Кто-то знал, кто-то нет, но я объяснила. И что такое «Большинство голосов» объяснила тоже. И что разбойники будут действовать тихо и молча, иначе их очень быстро переловят, а честные жители могут объяснять, почему они считают разбойником того или иного человека. И вообще, встречаться все вместе для ловли разбойников будем раз в день вечером, а разбойники будут охотиться на честных горожан на рассвете, то есть перед завтраком. Но сейчас для начала игры и в виде исключения мы проведём разбойное нападение до того, как разойдёмся спать.

— А теперь, дорогие мои жители губернского города Эн, в городе наступила ночь. И все жители заснули, — говорю я им громко. — То есть — закрыли глаза и не подсматриваем, подсматривать не честно. А разбойники открывают глаза и знакомятся. Смотрят друг на друга молча, я сказала — молча, можно руками сделать какой-нибудь знак.

Уж конечно, Тимоха махал руками — я, мол, свой и главный, и все с ним согласились, все разбойники, конечно же. А дальше я объявила первое нападение разбойников… и они тут же тем самым большинством избавились от одного из городовых.

— Что-о-о? — завопил убитый разбойниками Мишка. — Я что, играть не буду что ли? Так не честно!

— А ты будешь призраком невинно убиенного, — усмехаюсь. — Можешь везде быть, всё видеть и слышать, но не можешь говорить. Если сможешь передать какие-нибудь сведения — то молодец, если нет — ну хотя бы жизнь разбойникам подпорти, что ли, — улыбаюсь.

Подпортить жизнь — это Мишке нравится, на его место тут же назначают девочку Лушу, и более мы в тот вечер не успеваем ничего, потому что приходят разгонять нас спать. Да не просто Эмилия, как всегда, а вместе с Ольгой Зиновьевной.

— Апрелкова, что ты тут творишь? — строго спрашивает начальница.

— Ничего особенного, Ольга Зиновьевна, мы просто играем. Это игра такая.

Наверное, так никогда не было, чтобы главные заводилы что у мальчишек, что у девчонок мирно собрались в одной комнате и что-то там вместе делали. Ничего, пускай привыкают.

Начальница, как мне показалось, не поверила, осмотрела всех расходящихся с подозрением и ушла к себе только после того, как мы все разошлись по спальням, а мальчишки убрались в своё крыло.

— Что у вас там происходит? — спросила меня Лиза, стоило мне только войти в спальню.

— Ничего особенного, — ответила я, глядя ей прямо в глаза.

Вызов? Вызов. Но если у неё есть хоть немного разумения, то нарываться она не будет.

— Куда там ничего особенного, чтобы даже мальчишки пришли и не заедались!

— А ты попробуй с ними по-человечески, тогда и к тебе заедаться не будут. Не пробовала? На всех только наезжаешь? А вот попытайся, вдруг получится.

Эмилия возникла в дверях, и разговор увял сам собой. Я подхватила полотенце и пошла умываться, а когда вернулась — все уже лежали по кроватям. Легла и я.

Ночью мне снились какие-то схватки и погони, наверное, это было из-за нашей игры в разбойников. А может быть и нет. Но утром меня уже поджидали в столовой и рассказали пару историй о том, как за поздно возвращавшимися домой честными купцами и возчиками и кем-то там ещё охотились разбойники, но не преуспели.

И это показалось мне прямо отличным — что игра идёт сама, без моего вмешательства. Чего-то такого мне и хотелось.