Книга Демоны Олимпа: Мой дорогой злодей, страница 75 – Валентина Зайцева

Классика! Вкусная еда и хороший алкоголь — кратчайший путь к сердцу любого парня!

Олег открыл рот, чтобы ответить, но я перебила его на полуслове, боясь услышать отказ:

— Если не хочешь — вообще без обид! Это куча геморроя, да еще и смокинг надевать придется. Так что абсолютно никакого давления, чисто по-дружески—

— Аня, уймись, — со смешком остановил меня Олег. — Всё в порядке. Звучит... ну, скажем так, терпимо. Я с удовольствием схожу с тобой.

«С удовольствием схожу». О боги, держите меня семеро! Мечта любой девушки, не иначе!

Но на душе всё равно мгновенно потеплело.

— Правда? Здорово! Тогда я скину тебе все подробности, ладно?

Я шагала в сторону лестницы, ощущая, как внутри расправляются крылья. Появился азарт, даже сил на эссе добавилось! Вот видите? Надо было просто вытряхнуть себя из этого унылого кокона и перестать зацикливаться на Глебе с его детскими обидами. Я даже сжала в кулаке шариковую ручку, но знакомого болезненного желания всадить её острый стержень себе в бедро почему-то не возникло.

На этой волне вдохновения я уже собиралась повернуть к пролету, как вдруг чья-то сильная рука железной хваткой цапнула меня за локоть и утянула прямо в тесную кладовку для инвентаря. Всё произошло настолько стремительно, что в первую секунду я в ужасе подумала на Матвея. Запаниковав, я дернулась, но меня сходу прижали к стене, а губы накрыл требовательный, властный, нетерпеливый поцелуй.

Я пыталась вырваться, но нападавший держал мертвой хваткой. Впрочем, я быстро сообразила, что это точно не Матвей. Этот парень был куда выше, сильнее, да и пальцы, скользнувшие к его лицу, нащупали знакомую породистую челюсть. У нас в академии такая была только у одного семейства.

Я уперлась ладонями ему в грудь и изо всех сил толкнула.

— Господи, Вилков, ты совсем с дуба рухнул?! — я перевела дыхание и присмотрелась к нему. Глаза красные, волосы взъерошены, вид жутко помятый. — Ну и рожа. Выглядишь как зомби.

— Спасибо на добром слове, — саркастично процедил Глеб, окидывая меня холодным синим взглядом. — Это всё от непрекращающейся адской боли. А вот ты... выглядишь слишком чертовски аппетитно. И это дико бесит.

— С какого перепугу ты набрасываешься на меня с поцелуями в подсобке? — возмутилась я. — Мы не разговаривали несколько дней, ты ходил с миной «не подходи — убьёт» из-за этой чертовой метки! Что за мухи тебя укусили?

Вместо ответа Глеб уткнулся носом в мою шею, опаляя кожу горячим дыханием, а его пальцы властно легли на бедро:

— Вчера перебрал с пацанами. Чувствую себя паршиво, почти умираю... Но решил, что перед смертью обязать сделать это.

Я сглотнула, чувствуя, как от прикосновения его губ к чувствительной ложбинке под ухом тело предает меня, превращаясь в кисель.

— Так ты пьян? — пробормотала я совсем невнятно.

— Скорее, умираю от бодуна, — промурлыкал он прямо в кожу, поглаживая меня ниже поясницы. — Пересекся в клубе с твоими мальчиками. С Тимуром и Костей.

— С кем? — мозг окончательно отказывался работать.

Пальцы Глеба пролезли под юбку, властно сжав ягодицу. Все мысли мгновенно улетучились, уступив место чистым инстинктам. Единственное, на что хватило оставшихся капель разума — крепче сжать ручку и вогнать её острие в бедро. Сконцентрируйся, Аня, соберись!