Книга Найду тебя. Часть 1, страница 11 – Маша Малиновская

Павел Дмитриевич, хозяин бара, сообщает мне, что на ближайшую неделю заведение будет закрыто. Он отдаёт мне зарплату за предыдущую неделю, а я пытаюсь спросить, что насчёт заявления.

— Ну, Лик, камеры они разбили, — пожимает он плечами. — Степан их не запомнил, так что…

— Но я их запомнила, — говорю и тут же жалею о сказанном, потому что понимаю, что Павел Дмитриевич явно юлит. Скорее всего ему или заплатили, или запугали. Вот и не хочет воду мутить.

— Вот лучше и забудь, Анжелика, — говорит как-то нервно. — Целее будешь.

Наверное, он прав. Бороться за правду — дело хоть и благородное, но не самое благодарное.

Я забираю телефон, забегаю в магазин, чтобы купить пачку чая и упаковку сушек. Сидеть сегодня за занятиями буду долго, надо чем-то развлекаться.

Уже стемнело, и я решаю пойти не через парк, а вдоль дороги, там людей больше. Только я забыла учесть, что тут строят новый павильон быстрого питания, и на части тротуара стоит забор. Приходится обходить эту небольшую стройку. Тут совсем немного, буквально несколько десятков метров.

Но едва я захожу за павильон, понимаю, что что-то не так. Чуйка меня почти никогда не подводила и сейчас она начинает сигналить красным.

Да только поздно уже. Проулочек впереди перекрыла машина. И сзади тоже…

Твою ж…

Это явно по мою душу. Вне всяких сомнений.

Я быстро оглядываюсь, ощущая, как пульс подскакивает до критических цифр. Когда у тачки спереди открывается дверца, я резко разворачиваюсь и бросаюсь прямо в сторону временного забора из металлических профлистов вокруг стройки. С разгона, под мужской окрик, запрыгиваю на него и хватаюсь руками за край.

Чёрт, больно! Пальцы режет, но я подтягиваюсь и просто перекатываюсь через него, приземляясь с грохотом на деревянные поддоны.

Слава Богу, это была не куча кирпичей или основание какое-нибудь из торчащей арматуры.

И потом просто бегу. Слышу где-то сзади лай собаки, и даже не одной, но, кажется, это за забором.

Эти черти псов на меня спустить решили? Сволочи!

Я бегу через стройку, перепрыгивая через бетонные блоки, сложенные рядами, едва не врезаюсь в небольшую бочку для перемешивания бетона, а потом так же перелезаю через забор с другой стороны, пока меня не засекли на территории стройки и не вызвали полицию.

В груди барабанный бой, в висках тоже. Дыхание заходится, но я не останавливаюсь, пока несусь через парк. В боку начинает колоть, а недолеченный кашель именно сейчас решает напомнить, что таблетки в прошлый раз я не допила и половины пачки, забив болт на лечение.

В фойе общаги влетаю сама не своя. Меня всю сотрясает крупная дрожь, зубы стучат, глаза, наверное, безумные, потому что комендантша, вкинув брови, смотрит на меня из-за стойки с пропусками шокировано.

— Сотникова, ты будто от смерти убегала, — хмыкает она.

Вроде того, Дарина Петровна, вроде того…

— Просто заданий много, спешила с работы, — скалюсь нервно, а потом забираю ключ, оставив на стойке пропуск, который я только чудом не потеряла, и тащусь в сторону лестницы.

Когда подхожу к своей комнате, дыхание немного успокаивается, но меня всё ещё трясёт. Однако снижение пульса оказывается делом временным, потому как, едва открыв дверь, я застываю, ощущая, как у меня сердце проваливается в огромную чёрную дыру.