Книга Найду тебя. Часть 1, страница 105 – Маша Малиновская

Под ложечкой от его слов тут же появляется холодок. Возможность потерять себя сейчас полностью кажется пугающей и небезопасной.

— Нет, — шепчу, с трудом открыв глаза. — Ты обещал.

Мне кажется, я даже слышу скрип его зубов, когда Вяземский тяжело выдыхает. А потом ойкаю от неожиданности, когда он резко дёргает меня и подминает под себя, придавливая своим крепким телом к кровати.

— Кирилл, — предупреждающе упираюсь ему руками в грудь, понимая, что он падения в пропасть нас отделяет… почти ничего.

— Слушай сюда, Анжелика. — Фиксирует мои руки над головой и смотрит в глаза потемневшим взглядом. Голос Вяземского звучит хрипло, а моё имя он произносит так, словно оно причиняет ему боль. — Обещал — сдержу обещание. Принципы.  Я отпускал тебя уже непростительное количество раз. Этот — последний. Но имей ввиду, Валькирия, когда я в следующий раз до тебя доберусь — не пожалею. И будет это скоро. Очень скоро.

Ответить я ничего не успеваю, поражённая серьёзностью его угроз, в каждое слово которых я верю на все сто процентов, как Вяземский грубо целует меня, а потом слетает, как подорванный, и уходит, не оборачиваясь, в ванную.

— Ты как? — обнимаю Майю, которая выглядит уставшей. Под глазами пролегли тени, кожа бледная.

— Вчера не могла уснуть до трёх часов ночи, — поджимает  посохшие губы. — Но и за диплом так и не села. Промаялась.

— Кирилл сказал, что Герман уже пришёл в себя после операции. Крови потерял много, но поправится.

— Знаю, — кивает потеряно. — Он мне писал.

Мы забираем наш обед и идём к столику у окна. Прошло два дня с того вечера. Кирилл уехал, ничего не сказав. Я занималась тем, чем должна была — присматривала за Ритой, убиралась, пыталась догнать учебную программу за пропущенные дни.

За сегодня уже дважды ходила на кафедру психологии, но моей преподавательницы не было. Это начинает меня тревожить, потому что сроки, ею же обозначенные, истекают.

Я начинаю есть, когда замечаю, как в столовую входит Вяземский.

Он один, без своей свиты, нахмурен и руки держит в карманах. Окидывает взглядом столовую и останавливает его на мне, а потом идёт к нашему столику.

Я перестаю жевать, ощущая, как возле желудка селится тяжесть. После того, что случилось тем утром, прошло два дня, и эти два дня я не видела Кирилла.

— Привет, — здоровается он не особенно дружелюбно и садится рядом со мной. Бесцеремонно обхватывает мой подбородок ладонью, разворачивает и прижимается губами. Коротко, но мне хватает, чтобы дыхание сбилось.

— Перестань себя вести так, будто… — шиплю я, сталкивая его ладонь, что ложится мне на колено.

— Будто что? — выгибает бровь, глядя с вызовом. — Будто ты моя девушка?

Я захлопываю рот, прожигая его взглядом. Издевается ведь. Смешно ему? Надо, чтобы весь университет тоже смеялся?

— Очень смешно, — цежу сквозь зубы.

— Быть моей девушкой — смешно?

— Я не твоя девушка.

— Моя, Анжелика, — он запускает пальцы мне под косу и фиксирует затылок, глядя в глаза. Будто напротив нас не сидит Майя, предпочитающая притихнуть и не отсвечивать. Или даже вся столовая! — И чем быстрее ты поймёшь бессмысленность своего сопротивления, тем быстрее тебе самой станет легче жить.

Вяземский отпускает меня, а потом берёт мой стакан с чаем, делает из него глоток и морщится.