Книга Свято место, страница 127 – Тем Гарценштейн

Дым повалил сильнее, и, чтобы разглядеть друг друга, приходилось щурить глаза. Закашлявшись, Катерина приблизилась к костру.

— М-м, какая? – Повернулась к Герману: – Ты не видишь, что все в дыму?

— Умеешь разводить костер лучше – давай. Я подожду.

— Ты кричал, что мастер, и вообще…

— Все же хочу услышать историю Милы, – зычно объявил Тихон и примиряюще улыбнулся, надеясь, что это поможет успокоить ребят.

Мила опустила руки на бревно и, вздохнув, вытянула ноги в высоких кожаных сапогах.

— Есть Комната. Ну, или пещера – я точно не помню, отец рассказывал мне, когда я была совсем мелкой. – Она подняла голову к темнеющему небу. – В этой Комнате горят свечи – это человеческие жизни. Когда человек должен умереть, Смерть гасит свечу, а его душа проходит через Комнату и исчезает в другом мире.

— В смысле? – моргнул Герман.

— Некоторые считают, что, умирая, человек попадает в иной мир, – проговорил Тихон и поднялся на ноги. Обошел костер, склонился вместе с Германом над картошкой. – Нет, эта не готова. Может, надо было мельче брать? Так вот, я тоже немного слышал про такое. Папа верил в уход души и в то, что некоторые души возвращаются в наш мир, но в другом облике.

— На звезде, – выпалил Филат так громко, что остальные посмотрели на него. – Души могут жить на звездах.

Он встал на бревно, довольный своим озарением, и скрестил руки на груди. Видок у него в этот момент был такой самоуверенный и напыщенный, что все засмеялись.

— Очень удобно иметь аргумент, который не оспоришь и не докажешь, – хмыкнул Герман.

— Ну, на самом деле, аргументы как раз и являются тем, что доказывает…

— Катерина, душа моя, прошу тебя, – простонал Герман, – не начинай.

* * *

Перо скрипело, выводя цифры отчета за последний месяц. Флориан поддерживал рукой голову, склонившись над письменным столом. Белая ткань рубашки прохладно прижималась к телу – в кабинете настежь распахнуты окна. В дверь тихонько постучались, и только он открыл рот, как ручка, лязгнув, повернулась.

— Так и знала, что ты здесь, Фло-Фло, – ласково улыбнулась Агнет. – Ребята ушли на Ночь долгих костров, и в замке тихо, как гробу. – Она застыла и хихикнула. – А ты тут чем занят?

— Пришла потрещать языком – сразу уходи.

— Да я тихо посижу. – Агнет покорно сложила руки на груди. – Ты меня даже не заметишь.

Флориан недоверчиво хмыкнул и вновь опустил взгляд на бумаги.

— Вообще-то, я хотела попить чаек с тобой. Ты не против?

— Против.

— Хорошо. Заварка в шкафу, да?

Шелест бумаги. Флориан головы не поднял. Скрипнула дверца настенного шкафа, еще одна, еще. Мебель хлопала, как растерянный зритель, не знающий, когда нужны аплодисменты.

— Мне просто так одиноко стало, представляешь! – Агнет достала коробочку с заваркой. – Закончила все дела и поняла, что сна нет ни в одном глазу. Так, где у тебя сахар?

— Скажи сразу, что не хочешь быть одна в такую ночь.

Зашумели выдвижные ящики. Агнет, крутанув меж пальцев чайную ложку, с усмешкой посмотрела в стену перед собой.

— Хм, льстит ли тебе, что я выбрала твою компанию?

— Нет.

— Твое дружелюбие меня трогает. Флориан, а ты не хочешь поухаживать за дамой?

Кресло обреченно скрипнуло, и Флориан встал.

— Не мельтеши под ногами.

Она засмеялась и легкой походкой обошла кабинет.

— Что ты читал?