Книга Наследник иллюзий, страница 140 – Мэделин Тейлор

Делла опускается обратно на диван и смотрит на меня с подозрительным видом.

— Известно, кто виноват?

— Убийца написал кровью на стене слово «милосердие».

— Айверсон… – Она растягивает мое имя, а в ее тоне звучит обвинение.

Я издаю невеселый смешок.

— Я тут ни при чем.

— Точно?

— Я бы не подарила ему столь быструю смерть. Продлила бы агонию на несколько часов.

Делла удивленно вскидывает брови, и я вдруг осознаю, что не стоило высказывать эту мысль вслух. Почувствовав неловкость, я опускаю взгляд в пол и скрещиваю руки на груди.

— В любом случае я его не убивала.

На несколько мгновений в кабинете повисает тишина, а затем Делла прочищает горло.

— Тогда кто?

— Понятия не имею. – Я падаю в кресло напротив нее. – У каждого лорда есть враги, но в данном случае мне в голову никто не приходит.

— Может, это просто совпадение? – спрашивает Делла. – Может, убийца просто запаниковал и попытался обвинить Ангела Милосердия, чтобы отвести подозрения от себя?

— Возможно, – киваю я, хотя мы обе понимаем, что верить в подобное глупо.

Нет, тут что-то личное. Сообщение было оставлено для меня. А стало быть, кто-то прознал наш секрет.

Делла вновь окидывает меня подозрительным взглядом. Что ж, она имеет полное право мне не доверять, однако… это задевает.

— Как тебе удалось выбраться сегодня вечером из дворца? – интересуется она. – После такого нападения Бэйлор наверняка всюду расставил стражников. А те, кто дежурят возле твоих комнат, явно в курсе, что двери способны таинственным образом открываться и закрываться.

Я не отвечаю.

Делла, прищурившись, подается вперед.

— Как ты выбралась, Айви?

Услышав свое короткое имя, я вздрагиваю. Делла уже много лет так не называла меня – с тех самых пор, как я намеренно установила дистанцию между нами.

— Отвечай…

— Слезла по стене, – бросаю я.

Делла застывает.

— С третьего этажа?

Я пожимаю плечами.

— Я бы не убилась, даже если бы упала.

— Зато поранилась бы. И сильно, – настаивает она, ее кукольное личико искажается от ярости.

— Мне не привыкать, – бормочу я, отмахиваясь от ее беспокойства.

В ее глазах отражается жалость, и я корю себя за то, что именно сегодня решила быть откровенной. Следовало придумать что-нибудь другое.

— Ты ведешь себя неосмотрительно и безрассудно, – говорит Делла.

Я напрягаюсь всем телом и расправляю плечи, пытаясь унять струящийся по венам гнев.

— Ты делаешь из мухи слона. Меня никто не заметил.

— А мог бы. – Она перебирает пальцами темные кудри, разделяя их на более мелкие пряди.

Леоне очень нравились ее волосы. Много лет она убеждала Деллу написать автопортрет, чтобы сохранить подобное совершенство для потомков. Делла от ее слов отмахивалась, однако я часто замечала, как она улыбалась собственному отражению и укладывала волосы более тщательно.

Эти воспоминания только подогревают мою ярость.

— К чему вообще этот разговор? – Я вскакиваю на ноги. – Все это неважно! Тот, кто убил моего отца, оставил мне сообщение. Он знает, кто я!

— Ты не можешь знать это наверняка, – возражает Делла, хотя сама не верит собственным словам.

Я расхаживаю взад-вперед по ковру, глубоко дыша и пытаясь привести в порядок мысли. Сейчас не время для бессмысленных споров.

— Нужно найти зацепку, – спокойно говорю я, сцепив руки в замок. – Свяжись со своими знакомыми в городе, вдруг кому-то что-то известно. И поговори с девушками, которые работают на этаже. Пьяные мужчины всегда много болтают, чтобы произвести впечатление на женщин. Может, один из них упомянул нечто полезное.