Книга Маяк на улице Рамбла, страница 228 – Льюк Оливерас

— А если у меня не получится поймать самое важное? Что тогда?

— Продолжай наблюдать и забудь о технике. Сосредоточься на сцене, а не на настройках камеры, дождись нужного момента и смело продолжай поиски. Рано или поздно появится тот самый шанс, нечто действительно достойное кадра. Помни, великие мастера порой создают лишь пять-шесть фотографий в год. И это уже большой успех.

Антони кивнул. Несмотря на свою неуверенность, он находил слова Рикардо воодушевляющими и полными здравого смысла.

— Вот, что мы сделаем: выберем тему, которая тебя по-настоящему увлечет. Например, я в свободное время фотографирую городские улицы и ищу интересные уголки. Мне кажется, что лавки на углу укрывают от непогоды тех, кто проходит у их дверей. Именно в уголках и сосредоточена жизнь, там можно увидеть всю суть нашей природы.

Антони завороженно слушал своего наставника.

— Мне бы хотелось снимать посетителей киоска. Думаю, это сможет меня воодушевить, и я мог бы повесить фотографии рядом с рисунками отца. Получилась бы семейная выставка. Его портреты и мои фотографии тех, кто к нам заходит. Хороший проект?

Рикардо посмотрел на Льюиса, удивляясь предложению мальчика, и тут же одобрил эту идею.

— Прекрасный… Как насчет того, чтобы начать прямо сейчас? Ты же еще не израсходовал пленку? – спросил фотожурналист, перед тем как дать добро на съемку.

— Нет, еще есть пара кадров. Как тебе идея, папа? Одобряешь?

— Не просто одобряю, Антони, мне кажется, это обязательно стоит сделать. Чудесная идея, – заключил Льюис, пытаясь подбодрить сына и помочь ему сосредоточиться на проекте.

— Тогда для начала нужно спросить людей, не против ли они попозировать. Если согласятся, попробуй заснять их общим планом с улицы. Так ты сможешь вместить в кадр и киоск, и моделей. Главное – используй доверие, которое между вами установилось, чтобы им было комфортно.

Антони кивнул и, воодушевившись, начал спрашивать разрешения у постоянных клиентов. Как и следовало ожидать, все восприняли предложение с радостью и не раздумывая согласились.

И, заручившись поддержкой тех, кто испытывал к приветливому мальчишке определенную слабость, Рикардо и Антони вышли из киоска, отошли на пару метров от фонтана Каналетас и приступили к кадрированию.

Когда мальчик определился с композицией, он стал приглашать клиентов позировать по очереди.

Поначалу он немного нервничал, потому что это был его первый личный проект, но благодаря радушию группы он обрел необходимую уверенность в себе и начал съемку.

Льюис, издалека наблюдавший за сыном, ощутил странное счастье, отягощенное тоской. Он вновь видел себя рядом с Мушей, повторяющим те же шаги, которые на его глазах совершал Антони.

Осознавая скоротечность жизни, он поклялся себе, что никогда не позволит сыну отказаться от мечты по независящим от него причинам. Пожертвовав всем ради любви, он, как никто другой, понимал, что пустые жертвы в итоге приводят к экзистенциальной скуке. Если его наследник действительно хотел стать фотографом или, возможно, кинорежиссером, он был готов сделать все возможное, чтобы помочь ему на этом пути.

За долгие годы в киоске Льюис понял одно: существование без мечты и цели превращается в скитание по бесплодной пустыне. Единственный способ понять, что жизнь прожита не зря, особенно на ее закате, – спросить себя, достиг ли ты того, что приносит тебе истинное счастье.