Книга Маяк на улице Рамбла, страница 241 – Льюк Оливерас

Маяк на Рамбле в веках уподобится легендарному Александрийскому маяку.

С почти оскорбительной быстротой те, кто пришел попрощаться с киоском, наблюдали печальное и жестокое зрелище в полной тишине. Вся скорбь осталась невысказанной – пустота тут же поселилась в их душе, поглощая любые проблески надежды.

Стекло, железо и цемент, из которых состояла основа этого строения, превратились в груду обломков, лишенных света. Многие рыдали с таким же отчаянием, с каким прощаются с любимым человеком; другие чувствовали себя опустошенными из-за утраты сообщества, которое протянуло им руку помощи, когда все остальные отвернулись. Но лишь Льюис рыдал, охваченный горькой радостью того, кто достиг немыслимого и утратил все в одно мгновение.

Обычно люди в таких случаях утешаются мыслью о том, что жизнь продолжается, и, если бы Льюис был похож на большинство, он бы вернулся к текстильному делу, свободному от разочарований. Но он не мог с этим смириться – его душа была соткана из детских грез.

Долгие годы Льюис был счастлив, довольствуясь тем, что имел, и теперь, когда у него отнимали то, о чем он всегда мечтал, он ощутил благодарность. Пусть жизнь и состояла из многомерных измерений, миров, которые наслаивались друг на друга, но будущее его больше не пугало.

Киоск дал ему полноту жизненного опыта, который он, в свою очередь, мог передать сыну, завещав ему бесценное наследие, которое не помогли бы ему обрести ни деньги, ни власть, ни связи.

Киоск «Каналетас» не зря получил прозвище «Маяк Рамблы». Быть может, изначально он был призван освещать путь барселонцам, направлять людей к их мечтам или же просто предупреждать о рифах, которые стерегли душу города. Но это не столь важно, ведь главное заключалось в другом: это крошечное пространство стало дружественной гаванью для двух семей, которые делили друг с другом печаль и радость и вместе смогли приумножить наследие человечности и искренности.

Прежде чем закрыть глаза и поставить точку в этой прекрасной истории, Льюис ощутил счастье того, кто прожил жизнь по-настоящему и чувствует, что совершил все, что предначертано ему судьбой. Маяк навсегда закрывал свои двери, уступая место новому поколению барселонцев, которым предстояло взять бразды правления собственной жизнью в свои руки. Киоск же превращался в эфемерный, почти невесомый дух, готовый разлететься по всей длине главного барселонского бульвара, как вечное воспоминание, чтобы в итоге спуститься по лестнице Порталь-де-ла-Пау и погрузиться в лазурные воды, омывающие причал.

Быть барселонцем – значит ощущать то, что сквозит в многолетней истории: чувство общности, гордость за свою идентичность и тоску по легендарному киоску с напитками, который навсегда опускал свои ставни.

Лауре Монхиардо – моему источнику вдохновения и маяку, который озаряет мой путь и творчество. Она стала душой этого романа и частью вымышленного мира, в котором возможно абсолютно все. Спасибо, что протянула мне руку помощи, не требуя ничего взамен, и не отпускала ее ни на день с того момента, как мы встретились вновь.

Моей семье: Франсеску, Сержи и Рокко Оливерасам за то, что сопровождали меня в этом прекрасном путешествии и вдохновили на некоторые эпизоды этого произведения.

Моей маме, Розе Марии Жове, которая одна из первых читает мои романы и делится своим честным мнением. Без ее присутствия и поддержки я вряд ли бы смог творить все эти годы.

Моим бабушке и дедушке, которых с нами давно нет, – их дух тоже живет в этой книге. Я благодарен им за то, что они стали частью как реального, так и вымышленного мира.

Сантьяго Пумароле за веру, поддержку и участие. Когда-нибудь и мы оставим свой собственный след.

Сандре Бруне за то, что поддержала эту историю и помогла перенести ее на страницы, где грань между вымыслом и реальностью стирается. Мирее Лите за веру в роман и возможность поделиться этой прекрасной историей с другими людьми. И Ане Марии Кабальеро за то, что помогла этой книге найти своего читателя. Благодаря их участию маяк превратится в реальное место, в котором можно будет найти пристанище в трудные времена.

И Франсеску Миральесу за дружбу и ценную поддержку в моменты, когда не все складывалось так, как бы хотелось.