Книга Маяк на улице Рамбла, страница 104 – Льюк Оливерас

— И долго ты собираешься ее ждать? Время идет, шансов становится все меньше…

— Я буду ждать ее столько, сколько потребуется. К тому же мы с тобой прекрасно ладим, верно? Мы оба понимаем суть наших отношений и не ставим друг другу условий… Что плохого в том, чтобы просто наслаждаться моментом?

Эстер приподнялась, чтобы взять сигарету, и села на кровать, прислонившись головой к стене.

— Это, конечно, глупо, но, признаюсь, я иногда завидую Лауре… Она настоящая счастливица. Лучше бы ей вернуться поскорее, а то еще окажешься в постели у другой…

Льюис с нежностью улыбнулся. Между ним и этой женщиной, которая многому его научила, установилась глубокая связь, и их встреч было достаточно, чтобы утолить его жажду настоящей любви. Но Лаура рано или поздно должна была вернуться в Барселону, а их история – возобновиться с того места, на котором прервалась.

— Я еще не закончил, куколка… – сказал юноша, увидев, что модель начала двигаться.

— На сегодня хватит, льстец. Тебе пора, а то Атилио начнет недоумевать, почему ты вечно опаздываешь.

Льюис приподнялся, чтобы поискать в кармане жилета часы, и поморщился. Эстер права, уже и впрямь было поздно.

— Продолжим на следующей неделе?

— Рисовать портрет или предаваться утехам? – с нескрываемой иронией спросила проститутка.

— Ну, и то и другое, если ваше величество не против.

Они громко рассмеялись, и стало ясно, что в этой паре царит полное взаимопонимание.

— Ладно, иди уже!

Льюис быстро натянул одежду и бросился на кровать, чтобы поцеловать свою пассию на прощание. Застегивая на ходу рубашку, он подмигнул ей и вышел из квартиры.

Оставшись одна, проститутка взяла портрет, который юноша в спешке забыл на кровати, и внимательно его рассмотрела.

Никто в мире уже давно не смотрел на нее взглядом, полным такой любви. Никто, кроме него, не мог заставить ее забыть, что она продавала свое тело, чтобы выжить.

Все богатства мира меркли перед тем, что дарил ей Льюис при каждой их встрече.

* * *

Исидро Лоренсо, новый парикмахер с Рамблы Учения, подошел к столику в «Цюрихе», за которым сидели Исаак Понс и Рамон Рос. Неподалеку стоял молчавший Одноглазый. Он был настоящим виртуозом в умении защищать своего благодетеля и демонстрировал образцовую осторожность.

Парикмахер, нервничавший из-за предстоящей встречи, вежливо представился:

— Простите за беспокойство, господа. Меня зовут Исидро Лоренсо, и у нас назначена встреча.

Дон Рамон, сохраняя невозмутимое выражение лица, дружелюбно поприветствовал мужчину:

— Присаживайтесь, пожалуйста. Мы вас ожидали.

Мужчина послушно сел на стул, который стоял между двумя ростовщиками.

— Пабло сообщил нам, что вы заинтересованы в наших услугах. Вы только что открыли парикмахерскую неподалеку, верно?

Исидро, все еще нервничая, старался изъясняться как можно понятнее. Репутация этих двух мужчин говорила сама за себя, и все знали, что они предприняли следующий шаг в благотворительной инициативе – легализовали свою деятельность, чтобы предоставлять предпринимателям, желавшим обосноваться в этом районе, кредиты под самый низкий процент. Для двух партнеров это был способ облагородить район, который по-прежнему сопровождала дурная молва.

— Все верно, дон Рамон. Это семейный бизнес, но его открытие потребовало от меня бо́льших затрат, чем планировалось изначально, а я стремлюсь обеспечить клиентам высочайшее качество услуг. Финансовые вливания позволят мне приобрести лучшие инструменты и лосьоны и заодно привести в порядок само помещение.