Онлайн книга «Маяк на улице Рамбла»
|
С уходом прежнего владельца дела киоска пошли на спад, несмотря на то что новые обладатели лицензии не стали менять ни персонал, ни устройство самого киоска. Однако без видения сеньора Сала и его постоянного стремления к инновациям заведение утратило свою прежнюю атмосферу. Льюис предложил идею Агнес и Пьера – добавить сладости в ассортимент заведения, однако новые владельцы не желали ни перемен, ни новшеств. Они хотели лишь управлять небольшим заведением по старинке и получать прибыль с минимальными усилиями и незначительными вложениями. И в этом-то и заключалась проблема. Времена менялись, и былую славу заведения помнили лишь его завсегдатаи. Пока Льюис размышлял об этих американских горках, у фонтана Каналетас появилась Моньос[25] – пожалуй, самая известная, добродушная и безумная жительница Рамблы. Злые языки судачили, что в молодости женщина занималась шитьем в универмагах «Эль Агила» и «Эль Сигло», а также работала служанкой в буржуазной семье, что в итоге и погубило ее. По-видимому, ослепленная любовью, она родила ребенка от наследника знатного каталонского рода, но у нее отняли малышку, когда той исполнилось семь лет, чтобы воспитать ее в строгих христианских традициях. И эта утрата лишила женщину рассудка. Несмотря на свой статус сумасшедшей с Рамблы – и на то были более чем веские причины, – все ее уважали. Даже самые бессердечные могли поставить себя на ее место и понять ту боль, из-за которой она потеряла связь с миром. Моньос стала настолько знаменита в округе, что в 1924 году некоторые местные лавки вовсю использовали ее печальную историю в рекламе своих продуктов. Любой предлог был хорош, чтобы заработать пару лишних сантимов, а чужое несчастье всегда являлось верным способом привлечь толпу. Любой местный житель знал, что эта женщина каждое утро покидает свой дом на улице Кадена, чтобы умыться у фонтана на площади Падро, и проводит весь день на свежем воздухе. Ее можно было узнать по высокому и тугому пучку на голове, похожему на флагшток, и сильно напудренному, ярко разукрашенному лицу. Вооружившись веером, с которым она никогда не расставалась, Моньос бродила по Рамбле от моря к горам и от гор к морю, выпрашивая небольшую милостыню. Цветочницы, которые к ней привязались, обычно дарили ей какой-нибудь яркий цветок, чтобы украсить прическу, а другие выражали свою симпатию парой монет. Очарованный присутствием живой легенды, Льюис внимательно наблюдал за женщиной, как делал это много раз из киоска, пытаясь зарисовать ее образ в своем альбоме. Моньос никогда не подходила к заведению с напитками, но в тот день все изменилось. Пока юный Рос будет работать там, она еще не раз посетит этот киоск. Пораженный тем, что легендарная сеньора оказалась всего в паре сантиметров от него, Льюис потерял дар речи, в то время как клиентка с детской непосредственностью прошептала: — Юноша, хотите, спою вам песенку или прочту стихи? Льюис остолбенел, оказавшись с женщиной лицом к лицу после стольких лет восхищения на расстоянии. Атилио, ставший свидетелем этой сцены, тут же пришел на выручку: — Донья Долорс, как насчет того, чтобы спеть нам что-нибудь в обмен на кофе с молоком? Согласны? С безумным выражением лица женщина затянула песенку а капелла, а Льюис тем временем вышел из ступора и начал готовить ей напиток. |