Книга Убежище, страница 18 – Эдит Уортон

Ее мрачные предчувствия частично оправдались в первые два года жизни в Нью-Йорке, когда сын начал карьеру профессионального архитектора. Легкие победы студенческих лет сменились холодящим равнодушием публики. По возвращении из Парижа Дик взял в компаньоны архитектора, прошедшего несколько лет практики в архитектурной конторе в Нью-Йорке; но тихий и трудолюбивый Гилл хоть и принес новой фирме несколько мелких контрактов от щедрот своего прежнего нанимателя, однако не смог заразить публику собственной верой в таланты Пейтона. А гению, уверенному, что он способен строить дворцы, тяжело ограничиваться разработкой проектов пригородных коттеджей и дешевых переделок в частных домах.

Миссис Пейтон прибегала ко всевозможным ухищрениям, продиктованным материнской любовью, чтобы поддержать сына и не дать ему пасть духом; в этом ей помогал друг сына, однокашник по Академии изящных искусств, который вернулся в Нью-Йорк двумя годами раньше Пейтонов, чтобы начать собственную карьеру архитектора. Пол Дэрроу — чрезвычайно серьезный и неказистый молодой человек — родился и провел свою нищую юность в одном северо-западном штате. Там он выучился и работал; но потом выиграл стипендию на поездку за границу и обучение в Академии изящных искусств. Два года, что он провел там, совпали с первыми двумя парижскими годами Дика, и младшего студента сразу потянуло к талантливому Дэрроу. Дик никогда не скупился на похвалы одаренным соперникам, и миссис Пейтон, романтически склонная поощрять подобное великодушие, поддержала его энтузиазм, выказав добрейшее гостеприимство по отношению к другу сына. Таким образом Дэрроу сделался завсегдатаем их небольшого салона; а после возвращения в Нью-Йорк дружба молодых людей возобновилась, хотя для миссис Пейтон заманить приятеля сына в нью-йоркскую гостиную оказалось труднее, чем в менее формальную обстановку на рю де Варенн. Вероятно, в Париже, оторванная от общества и погруженная в работу сына, миссис Пейтон казалась Дэрроу почти коллегой, такой же студенткой; но в Нью-Йорке, окруженная людьми, равными ей по положению, она снова стала высокопоставленной дамой, и их разделила пропасть ее светского лоска и его неловкости. С врожденной деликатностью миссис Пейтон поняла причины его отчуждения, но ни за что не позволила бы им стать препятствием для дружбы двух молодых людей. Она поощряла Дика почаще ходить в гости к Дэрроу, в котором прозревала упорство трудолюбия и уверенность художественного таланта, странно контрастировавшие с его застенчивостью в свете. Пример его упрямого прилежания был как нельзя более полезен Дику, и раз уж Дэрроу не желал приходить к ним, мать настаивала, чтобы сын сам навещал его. Пусть Дэрроу не думает, что разница общественного положения может помешать дружбе, основанной на более прочном фундаменте. Дик был способен на верность и искренне гордился растущим успехом друга, а потому поддерживал дружбу и без уговоров матери; и его пространные рассказы о полуночных трудах в жилище Дэрроу убеждали миссис Пейтон, что этот отсутствующий друг — ее верный союзник.

Поэтому некоторым потрясением для миссис Пейтон оказалась новость, что Дэрроу уже не один влияет на ее сына; его влияние оказалось поделено с некой барышней, а может быть, и подорвано ею; именно ради этой барышни Дик сегодня впервые устраивал прием с чаепитием у себя в конторе. Миссис Пейтон успела многое узнать о девице Клеманс Верни: сначала из обычных источников подобных сведений, а затем, позже, от сына, который, видимо догадавшись, что слухи уже дошли до матери, прибег к отработанному приему и обезоружил мать, открывшись ей. Собранные сведения были обширны, но противоречивы и ставили ее в тупик, и даже несколько личных встреч с девушкой не помогли составить определенное мнение. Мисс Верни по поведению и мыслям явно принадлежала к «новой школе»: молодая женщина лихорадочной активности и широких суждений, чья самая всесторонность мешала точно определить ее. Миссис Пейтон была достаточно проницательна, чтобы сделать поправку на влияние среды; но ей хотелось бы увидеть костяк характера мисс Верни, скрытый под переменчивой поверхностью.