Книга Убежище, страница 19 – Эдит Уортон

— Смотрится очаровательно, — повторила миссис Пейтон, перебирая хризантемы в высокой вазе на письменном столе сына, чтобы расположить их посвободнее.

Дик засмеялся и посмотрел на часы:

— Они прибудут не раньше чем через четверть часа. Пожалуй, я скажу Гиллу, чтобы прибрался в чертежном зале до их прихода.

— А мы увидим твои чертежи на конкурс? — спросила мать.

Он, улыбаясь, покачал головой:

— Нельзя: я пригласил одного-двух однокашников из Академии, ты понимаешь; и, кроме того, Дэрроу наконец намерен явиться.

— Не может быть! — воскликнула миссис Пейтон.

— Вчера вечером он клялся, что придет. — Дик снова засмеялся, с ноткой самоуверенности. — Мне кажется, он хочет поглядеть на мисс Верни.

— Ах вот оно что, — отозвалась мать. И добавила после паузы: — А Дэрроу и правда собирается участвовать в конкурсе?

— Неужто нет! И еще как! Он трудится в поте лица.

Миссис Пейтон сидела, задумчиво крутя муфту на руке, и наконец произнесла:

— Не могу сказать, что это очень хорошо с его стороны.

Сын остановился перед ней, будто не веря своим ушам:

— Мама!

От этого упрека у нее покраснел лоб:

— Ну… Учитывая вашу дружбу… и все такое…

— И все такое? Что «все такое»? Ты намекаешь, что он талантливее меня и потому с большей вероятностью победит? Что он нуждается в деньгах и успехе неизмеримо больше, чем все мы? Ты считаешь, что из-за этого он не должен участвовать в конкурсе? Матушка! Я впервые в жизни слышу от тебя недостойные слова.

Румяное лицо матери побагровело, и она встала с нервным смешком.

— Да, это было недостойно, — признала она. — Наверное, я ревную за тебя. Ненавижу эти конкурсы!

Сын успокоительно улыбнулся:

— Не надо. Я не боюсь; я думаю, что на этот раз у меня все получится. В сущности, единственный конкурент, которого я боюсь, это Пол — я всегда боюсь Пола, — но сам факт его участия для меня огромный стимул.

Мать продолжала вглядываться в сына с любовной тревогой:

— Ты уже выработал общий вид проекта? Ты его видишь?

— В общем плане — да. Там и сям есть пробелы — точнее, туманные пятна. Такой сложной задачи мне до сих пор не приходилось решать. Но это для меня огромная возможность, и я просто обязан с ней справиться!

Миссис Пейтон сидела молча, глядя на раскрасневшееся лицо и горящие глаза сына, которые скорее подошли бы победителю, завершающему гонку, чем бегуну, лишь начинающему дистанцию. Она вспомнила давние слова Дэрроу: «Дик всегда слишком рано видит финиш».

— У тебя осталось не так много времени, — тихо произнесла она.

— Всего неделя. Но после сегодняшнего я никуда не буду ходить. Удалюсь от мира. — Он, улыбаясь, оглядел нарядную сервировку чайного стола и цветы в вазе. — Я снова явлюсь миру, поставив стопу на шею Пола — бедный Пол, — либо… либо… либо мое безжизненное тело уволокут с арены!

Он закончил фразу смешком, который мать нервно подхватила:

— Только не безжизненное!

Он помрачнел.

— Ну что ж, тогда изувеченное на всю жизнь, — пробормотал он.

Миссис Пейтон не ответила. Она знала, сколь много поставлено на карту. Победа в конкурсе безраздельно занимала мысли Дика уже почти месяц. Проект нового музея скульптуры, на строительство которого город недавно выделил полмиллиона долларов. Вкусы Дика тяготели к грандиозному, и он всегда мечтал воздвигать общественные здания. Перед ним открылась беспрецедентная возможность, и он знал, что в подобном конкурсе новичок имеет столько же шансов победить, сколько и известная фирма с установившейся репутацией, ведь победителя определят только по достоинству проекта: работы подаются анонимно, и архитектурное жюри будет рассматривать их, не зная имен авторов. Характерно для него, Дик не боялся солидных фирм; в самом деле он, как и сказал матери, страшился соперничества только со стороны Пола Дэрроу. Миссис Пейтон знала, что уверенность в себе — хороший признак, до определенной степени; но почему-то ей казалось, что уверенность сына — иного рода: обширная, но лишенная глубины. Страхи матери усугублялись подозрением. Желание сына победить на конкурсе она объясняла не стремлением к успеху в своем деле, а тем, что он знал: благосклонность мисс Верни определится его победой или провалом. Может быть, именно поэтому его амбиции были так лихорадочны; и миссис Пейтон, обозревая будущее с вершины материнских опасений, догадывалась, что ситуацию определяет в основном восприятие девушки. Мать многое отдала бы, чтобы узнать, каково представление мисс Верни об успехе.