Книга Дочь смотрителя воронов, страница 78 – Лана Уильямс

В большинстве случаев ее радовали настоятельные просьбы родителей почаще покидать дом и общаться с людьми. Это помогало ей обрести душевное равновесие. Оздоровить свою психику. Всякий раз, когда она без проблем выходила из дома, это помогало ей избавиться от тревоги. Должность корреспондента журнала была идеальной именно по этой причине.

Конечно, она иногда навещала и друзей, но даже эти поездки вызывали у нее беспокойство. Именно тогда она поняла, что это проблема, которую ей нужно решить. С легкой паникой, которую она испытывала всякий раз, когда собиралась выйти из дома, все еще было непросто справиться, особенно сегодня, когда она собиралась оставить Мэйв без своего присмотра.

— Мы сделаем для малышки все возможное в ваше отсутствие, – заверил ее Фернсби. – Не беспокойтесь о ребенке.

Мэйв отдыхала в своей комнате и, скорее всего, даже не заметила, что Амелия ушла. Девочке было комфортно общаться со слугами. Вероятность того, что кто-то мог проникнуть в дом средь бела дня лишь потому, что Амелия ушла, была маловероятной, и она знала, что Фернсби сразу же запрет за ней дверь.

— Вы, как всегда, обнадеживаете меня! Я скоро вернусь.

Она подумывала отложить интервью, но это могло привести к тому, что она пропустит сроки сдачи материала в журнал. Нет, чем раньше она уйдет, тем раньше сможет вернуться. Этой мысли было достаточно, чтобы заставить ее спуститься по ступенькам крыльца.

Магазин часовщика на Боулинг-Грин-Уэй находился недалеко, поэтому она решила прогуляться, проведя в четырех стенах дома несколько последних дней. Физическая нагрузка была полезна для души и снимала беспокойство. Если погода поменяется или ей покажется, что она отсутствовала слишком долго, она наймет кэб и побыстрее вернется домой.

Не в первый раз Амелия оценила свободу своего вдовства. Хотя она по-прежнему иногда брала с собой на прогулки горничную, сейчас в этом не было необходимости. Сегодня она была рада, что Иветта осталась с Мэйв.

Она проверила свой ридикюль – убедиться, что не забыла рабочие заметки и карандаш, но не стала их просматривать. Она была готова к интервью настолько, насколько это было возможно, и с нетерпением ждала возможности побольше узнать о часовщике.

Это серое платье было одним из лучших в ее гардеробе. Она подумала, что могла бы заказать несколько новых, лавандовых или фиолетовых, поскольку скоро исполнится год со дня смерти Мэттью, но она не имела ничего против серого. Этот цвет подчеркивал ее статус вдовы, что, в свою очередь, возводило своего рода барьер между ней и внешним миром. Она была рада, что ей не приходится пресекать интерес мужчин к себе или терпеть неодобрительные взгляды пожилых дам, которые отмечали, что ее не сопровождала компаньонка.

Проходя мимо аккуратных соседских палисадников, она намеренно задерживалась на мгновение, чтобы ими полюбоваться. Ей потребовалась вся ее решимость, чтобы не оглядываться через плечо, но при этом она отказывалась подчиняться чувству страха, даже если – или, возможно, оттого что – это требовало усилий.

Пока она шла, однообразные городские дома вскоре сменились магазинами. Она замедлила шаг, чтобы заглядывать в витрины, и по мере того, как она шла, привычное ей паническое настроение улетучивалось.

Она задевала локтями других, радуясь, что это ее совсем не беспокоило. Улица была запружена гужевыми телегами, экипажами и всадниками, спешившими по своим делам. Амелия перешла улицу, стараясь не попасть под колеса встречных экипажей, затем остановилась у мастерской по изготовлению дорожных сундуков, чтобы полюбоваться на выставленный в витрине чемодан с кожаными ремешками, украшенными металлическими розетками. Как же, наверное, приятно путешествовать с таким аксессуаром!