Онлайн книга «Психотомия»
|
Коридор расходился в две стороны. Направо, где пахло сильнее, висела кривая табличка «Приёмный покой». Налево – «Неврология» и стрелка куда-то вглубь. Освещение исходило от редких закопчённых плафонов под потолком, оставлявших между собой островки густого полумрака. Тишину опустевшей под конец дня больницы нарушали лишь гудение старой электропроводки и одиночный отдалённый металлический лязг будто где-то далеко уронили ведро или стерилизационный лоток. У лифта, прислонившись к стене с фанерным ларьком под табличкой «Регистратура», стояла фигура. Женщина лет пятидесяти в мятом синем халате поверх домашней кофты. Волосы были собраны в небрежный жирный пучок. Она что-то жевала, уставившись на пришельца пустым мутным взглядом и с неохотой повернув к нему голову. Родион сделал шаг вперёд: — Добрый вечер! Я Трунов. Родион Викторович. Должны были предупредить! Женщина обвела его взглядом с ног до головы, как-то оценивающе, без тени интереса, даже на грани с брезгливостью. — По распределению к нам, – произнесла она не вопросительно, а больше констатирующим, усталым тоном. — Да, – кивнул он, чувствуя, как заранее подготовленная уверенная речь тает в этом спёртом воздухе. — Главврач уже уехал. А ты чего так поздно? — Не знаю. Как привезли, так и прибыл, – пожал плечами Родион, изучающе оглядываясь. — Ладно, не важно. Идём, – она оттолкнулась от стены и, не оглядываясь, поплелась в сторону неврологии. – Место покажу твоё. Коридор неврологии был длинным и тёмным, освещённым лишь одной лампочкой где-то в середине. Справа и слева зияли дверные проёмы палат, откуда доносилось тяжёлое хриплое дыхание и изредка чей-то короткий стон. В пустом коридоре веяло сырым, буквально подвальным холодом. Часы в конце коридора показывали без двадцати семь вечера, но за окнами, вкривь затянутыми грязными шторами, ещё сильнее налегала густая беспросветная тьма. Родион, глядя в окно на сгустившийся мрак, не удержался: — Как-то у вас тут быстро темнеет! — География у нас такая. Солнце нас только краем задевает… Женщина открыла дверь в небольшую комнату, бывшую когда-то двухместной палатой. От одной кровати остался лишь железный остов с голым ржавеющим матрацем, прислонённым к стене. Вторая стояла у окна, заклеенного снаружи то ли жёлтой полиэтиленовой плёнкой, то ли слоем застывшей грязи, и была накрыта цветастым линялым покрывалом. — Туалет в конце коридора. Тётка, не дожидаясь ответа, развернулась и ушла. Родион огляделся и сбросил сумку. На тумбочке из ДСП стояла настольная лампа с зелёным стеклянным абажуром. Он щёлкнул выключателем. Свет вспыхнул жёлтым неровным пятном, осветив стол и оставив углы комнаты в почти осязаемой тени. Он сел на скрипящую сетку кровати, и по лицу его пробежала не то чтобы улыбка, а решительная, ободряющая его самого ухмылка. Ну ладно. Впечатленьице первое так себе. Дыра, она и есть дыра! Не страшно! Главное, не эмоции, а факты. Факт первый: он, Родион Трунов, окончил медицинский с отличием. Красный диплом! Не просто так, между прочим, – результат бессонных ночей, проведённых за учебниками. Факт второй: его сюда распределили, в Обрывнинскую ЦРБ, врачом-стажёром. Как и положено по новому закону. Факт третий: трёхлетнее обязательство он отработает как положено – не сдастся и не струсит, в отличие от этих нытиков-одногруппников. |