Книга Молчание нимфы и мечты орка, страница 29 – Лина Ровак

Что он делал не так?

Он не знал.

Он умел ломать. Умел убивать. Умел подчинять. Но он не умел… Не пугать. Не умел быть тем, кому доверяют. Не умел быть кем-то, кроме чудовища.

«Ты чудовище», — говорил ему отец. И он был прав.

— Повелитель, — раздался тихий голос за спиной.

Гор'тах обернулся. В полумраке стоял Грун. Как всегда, неслышно появившийся из ниоткуда. Его старые глаза смотрели на короля без страха, без упрёка, только с печалью.

— Ты снова бил стену, — сказал шаман.

— Уйди, Грун.

— Не уйду. Ты мой король, но я помню тебя вот таким, — он поднял ладонь на уровень колена — И имею право говорить, когда ты делаешь глупости. Что случилось?

Гор'тах молчал, глядя на свои руки.

— Она забилась в угол, — произнёс он наконец. Слова давались тяжело, как будто каждое из них было острым камнем, который нужно было вытолкнуть из горла — Я вошёл без стука. Она рисовала на полу. Звёзды. И когда увидела меня, то забилась в угол. Дрожала. Смотрела как на убийцу.

Грун помолчал.

— А ты как на неё смотрел?

Вопрос застал короля врасплох.

— Не знаю. Обычно.

— Обычно это как? Как на трофей? Как на сокровище? Как на женщину, которая тебе нравится? Или как на врага?

Гор'тах хотел ответить, но слова застряли в горле. Как он на неё смотрел? Он не знал. Он вообще не думал об этом. Он просто… Смотрел.

— Она не знает твоих мыслей, — продолжал шаман — Она видит только огромного орка, который в любой момент может её раздавить. Ты приносишь ей подарки, но она не понимает, чего ты хочешь взамен. Ты читаешь ей книги, но она не знает, зачем. Ты улыбаешься, но что, если за улыбкой скрывается угроза? Она не доверяет тебе, потому что у неё нет причин доверять. И когда ты входишь без стука в её единственное убежище, ты отнимаешь у неё последнее, что у неё есть, иллюзию безопасности.

Король молчал.

— Ты не можешь заставить её доверять, — сказал Грун — Но ты можешь перестать делать то, что разрушает доверие. Для начала научись стучать.

Шаман поклонился и ушёл, оставив короля одного.

А Гор'тах стоял, прислонившись к стене, и смотрел в темноту. Его разбитые руки болели. Кровь капала на камень. Но эта боль была ничем по сравнению с той, что он увидел в её глазах.

Она боялась его.

И впервые в жизни Король орков понял, что это не победа.

Это поражение.

Ночью Лиара не спала.

Она сидела в том же углу уже не дрожа, но всё ещё обхватив колени руками. Звёздная карта на полу была размазана: когда она метнулась к стене, то задела уголь ногой, и теперь созвездия превратились в бесформенные чёрные пятна. Она смотрела на эти пятна и чувствовала себя такой же размазанной.

Почему? Почему она так испугалась?

Он ничего не сделал. Просто вошёл. Просто посмотрел. А она рассыпалась, как сухой лист под ногой.

Потому что она устала. Потому что две недели притворяться сильной, это слишком. Потому что он застал её врасплох, без маски, без защиты. Она рисовала звёзды, свои звёзды, свой единственный кусочек дома. И когда он вошёл, ей показалось, что он вторгся даже в это. В последнее, что у неё было.

Но больше всего её мучило другое.

Она видела его лицо. В тот момент, когда он стоял на пороге и смотрел на неё, сжавшуюся в углу, она видела его лицо. И на этом лице не было ни гнева, ни торжества, ни жестокости.