Книга У тебя нет выбора, страница 170 – Даша Коэн

И только оргазмы были настоящими.

А это значило лишь одно — в ее голове все еще ярким цветом цвела непоколебимая надежда на то, что она сможет меня переиграть. И уничтожить. Я был уверен, что ни хена у нее не выйдет. Но сама суть меня перекручивала в своих шипастых жерновах.

Я ее не доломал.

Моя. Но не моя Кукла.

Что было дальше? Да все своим чередом. В огромной, украшенной живыми цветами зале пела какая-то популярная певица, после нее выступали знаменитые комики. Гостям перло. Они аплодировали, звенели бокалами и кричали «горько», поднимая снова и снова тосты за счастье молодых.

Потом выкатили каких-то сумасшедших размеров торт, который мы вместе с Настей разрезали и немного испакали им друг друга на радость публики.

Было еще что-то, что я совершенно не запомнил. Какие-то зрелищные шоу, танцы и акробатические номера. Хуй его знает, что я там заказал. Я смотрел только на нее — на девчонку, с которой поскорее хотел остаться наедине. Я без конца и края смотрел на часы, раскаляясь добела только от того, что стрелки словно бы замерли на одном месте.

Все эти поздравления. Подарки. Смех. Пьяные выкрики. Все смазалось в какой-то непотребный гвалт, от которого меня спасали лишь грустные и пустые глаза Насти. А я все сжимал ее ладошку и твердил бесконечно, что все будет хорошо.

— Алиса, — кивнула она вдруг на девчонку Ковалевского.

— А что с ней? — нахмурился я.

— Что про нее скажешь? Мне можно углубить с ней общение или она тоже может покуситься на твой расчудесный член в яростных попытках запихать его себе в рот и сладенько отсосать?

— Настя, блять, — рассмеялся я, а жена закатила глаза.

— Отвечай.

— Можешь дружить.

— Точно?

— Точно, — кивнул я, прижимая к себе свою Куклу и облегченно выдыхая оттого, что она не стала зацикливаться на таком дерьме, как предательство этой ее Кати-Светы, — такие девушки объедки после подруг не подбирают. Это ниже их достоинства.

— Воспитание? — понимающе кивнула жена.

— Именно.

— Тогда я буду дружить. Она классная.

Последний танец мы танцевали под живой оркестр. Я держал Настю в своих руках, тянул носом ее нежный, чувственный запах и выдыхал, радуясь, что этот вечер почти себя исчерпал. Он был больше для нее. Я не понимал всей этой показательной шумихи. Люди жили вместе, трахались, ссорились и мирились, а потом зачем-то собирали толпу народа просто для того, чтобы всем объявить, что теперь они будут делать все то же самое, но уже со штампом в паспорте.

Охуети повод.

Но Насте я был обязан показать, что не просто её не стыжусь. Наоборот. Я горжусь, что она стала моей женой. Я пиздец какой счастливый, что это наконец-то случилось.

А потом было долгожданное прощание с гостями. На широкой мраморной лестнице моя мать обнимала не меня, а мою жену. Стискивала ее ладони в своих и что-то шептала ей на ухо, взволнованно дыша.

Я отвернулся, избегая смотреть на этот интимный момент, и обменялся с отцом насмешливыми, понимающими взглядами. Женщины...

Что с них взять?

Хлебом их не корми, дай из всего раздуть слона, натянуть на глобус несчастную сову и усложнить всем жизнь в радиусе взрыва ядерной бомбы. Это их призвание. Кто мы были такие, чтобы им мешать?

Когда с церемониями было покончено, мы с Настей сели в белоснежный вертолет, который доставил нас в аэропорт. Там мы пересели на мой Gulfstream, который уже ждал нас и был полностью готов к вылету.