Книга Фантомный свидетель, страница 70 – Алексей Градов

— Пока об этом не узнал Тарасов, — закончила мысль Марина. Она окончательно опустила пистолет и прислонилась плечом к стеллажу.

— Ливанов хранил мою настоящую карту в сейфе, но полгода назад в клинике была аудиторская проверка Главка. Кто-то из особистов сфотографировал документы и положил на стол начальнику Управления. Тарасов вызвал меня. Я думал, это конец. Ждал, что он бросит мне на стол приказ об увольнении. Но он… он налил мне чаю. Сказал, что ценит мои заслуги. Что мы все не железные. Сказал: «Служи, Илья. Я тебя прикрою. Будешь сидеть на кабинете, вести спокойные дела».

Краснов с силой сжал кулаки, вспоминая тот разговор в прокуренном кабинете полковника.

— Я поверил ему. Как последний идиот, поверил в офицерское братство. А он просто понял, что получил идеального, беспрекословного раба. Следователя, который сидит на крючке. Но ему нужен был не просто послушный исполнитель. Ему нужна была идеальная торпеда на случай, если его отмывочный бизнес со Стерховым пойдет ко дну.

Тишина в архиве стала осязаемой. Где-то далеко, на верхних этажах, глухо хлопнула дверь, но здесь, среди тонн старой бумаги, этот звук казался незначительным.

Марина медленно провела рукой по волосам, осмысливая масштаб катастрофы.

— И вчера он нажал на курок, — прошептала она. — Стерхов начал его шантажировать. Тарасов нанял ликвидаторов. Но просто убить бизнесмена — значит навлечь проверки. Нужно было повесить дело на кого-то, чьи мотивы нельзя объяснить логически. На сумасшедшего.

— Они готовились заранее, — Илья подался вперед, превозмогая слабость в мышцах. — Они знали мой график. Вчера они стерли записи с камер в моей кофейне. Они проникли ко мне в дом, украли два патрона из сейфа и подбросили этот чертов галоперидол с фальшивым рецептом. А потом выманили Стерхова во двор.

— И вы приехали на вызов. Увидели труп… — Марина смотрела на него не мигая.

— И у меня случился сбой. Триггер. Стресс от вида крови и трупа человека, чье дело я вел десять лет назад. Я выпал на сорок минут. И в эти сорок минут ко мне подошел человек Тарасова. Мой двойник. Он назвался Денисом Смирновым, продиктовал приметы и заставил меня записать их в блокнот. Он знал, что я ничего не вспомню, но увижу запись и сам введу ее в дело.

— Идеальная шизофрения, — Марина поежилась, несмотря на топлую блузку. — Следователь записывает показания мертвеца из своего старого дела. А ночью этот же двойник, одетый в такое же пальто, идет громить будку консьержа, специально называя имя Тарасова. Чтобы консьерж точно обратился к полковнику, а полковник с чистой совестью сдал вас УСБ.

Она замолчала, глядя на лежащего на полу мужчину. В ее глазах больше не было страха перед ним. На смену страху пришло ледяное, профессиональное понимание того, как работает Система, когда ей нужно кого-то сожрать.

Краснов не лгал. Шизофреник в состоянии бреда не способен выстроить такую безупречную хронологию и так хладнокровно анализировать собственные провалы. Шизофреник искал бы внешних врагов в инопланетянах или спецслужбах. Краснов же нашел врага в соседнем кабинете, и его аргументы подтверждались стертой подписью в архивном деле.

Марина опустила взгляд на свой травматический пистолет. Затем она посмотрела на табельный «Макаров» Ильи, лежащий у ее ног на сером бетоне.