Книга Фантомный свидетель, страница 46 – Алексей Градов

Илья рванул на себя дверцу кухонного шкафчика над раковиной. Оттуда посыпались упаковки с витаминами, старые рецепты, блистеры с аспирином. Краснов начал яростно разгребать этот ворох, сбрасывая все на пол. Ему нужно было найти свои нейролептики. Собрать их все до единой таблетки и спустить в унитаз. Уничтожить медицинскую карту, если она здесь. Стереть все следы своей болезни из этой квартиры.

Он смахнул на пол коробку с чаем и внезапно замер.

Под ней, на самом дне шкафчика, лежал белый бумажный прямоугольник.

Это был рецепт. Официальный бланк ведомственной поликлиники МВД, с синими печатями и треугольным штампом.

Но это был не его рецепт. Илья никогда не хранил рецепты на дне шкафа. Он всегда складывал их в папку с документами.

Краснов медленно протянул руку, чувствуя, как леденеют кончики пальцев, и вытащил бумагу на свет.

Фамилия пациента: Краснов И.Н. Возраст: 42 года. Диагноз: F20.0 — Параноидная шизофрения. Острая стадия. Назначенный препарат: Галоперидол, Аминазин.

Внизу стояла размашистая, витиеватая подпись доктора Ливанова.

Воздух выбило из легких Ильи так, словно его ударили бейсбольной битой в солнечное сплетение.

Параноидная шизофрения.

Ливанов никогда не ставил ему такого диагноза. У него было когнитивное снижение, ранние маркеры деменции, расстройство кратковременной памяти из-за стресса. Но не шизофрения. Ливанов выписывал ему мягкие ноотропы и транквилизаторы, а не тяжелые антипсихотики, превращающие человека в овощ.

Но печать была настоящей. Бланк был настоящим.

Илья перевернул рецепт. На обратной стороне, все теми же фиолетовыми, издевательски ровными чернилами была выведена вторая записка от его невидимого двойника:

«Врачам нужно доверять, Илюша. Особенно когда они говорят, что ты опасен для общества. Таблетки в нижнем ящике. Приятного отдыха».

Краснов медленно опустил взгляд. Нижний выдвижной ящик кухонного гарнитура, где он обычно хранил пакеты с мукой и крупами, был слегка приоткрыт.

Следователь опустился на колени. Его руки дрожали так, что он не с первого раза смог ухватиться за ручку. Он рванул ящик на себя.

Среди пакетов с гречкой и макаронами лежали пять абсолютно новых, нераспечатанных коробок с галоперидолом.

Схема была совершенна. УСБ вскрывает квартиру. Находит магазин без двух патронов от орудия убийства. Находит рецепт на шизофрению, подписанный реальным врачом (которого, очевидно, Тарасов уже взял за горло или подкупил). И находит промышленные запасы тяжелой психотропной дряни, спрятанные на кухне.

Дело Стерхова закрывается за один день. Следователь-шизофреник убил свидетеля из параноидального бреда.

— Твари… — прохрипел Краснов, сжимая рецепт в кулаке до побеления костяшек.

Он больше не был сотрудником Следственного комитета. В эту секунду он официально стал дичью. Человеком вне закона, объявленным в розыск собственным ведомством. У него больше не было значка, не было кабинета, не было поддержки.

У него была только его ярость. И пистолет в наплечной кобуре.

Илья вскочил на ноги. Время вышло. Ему нужно было исчезнуть из этой квартиры до того, как во дворе заскрипят тормоза тонированных микроавтобусов спецназа. Но он не уйдет с пустыми руками. Он заберет с собой каждую крупицу их лжи, чтобы использовать ее как оружие. Охота вслепую только начиналась.