Онлайн книга «Рассказы»
|
Veni, vidi, vici?[50] Брюн не был похож на иголку в стоге сена. Стоило Тальберту войти в «Переулок Хогана», как его внимание сейчас же привлекла похожая на команду футболистов толпа, окружившая тучного человека с розовой лысиной, который что-то рассказывал. Тальберт подошел как раз вовремя, чтобы услышать ключевую фразу, за которой последовал взрыв многоголосого хохота. И фраза эта его крайне заинтересовала. — «Боже мой, — закричала актриса (так рассказывал мистер Брюн), — а я-то подумала, что вы сказали „банановый сплит“»! Этот вариант сильно разволновал Тальберта, который счел его подтверждением недавней догадки о существовании некоего легко заменяемого элемента. Когда группа распалась и народ разошелся, Тальберт приблизился к мистеру Брюну и, представившись, спросил, где мистер Брюн услышал этот анекдот. — А в чем дело, приятель? — ответил вопросом на вопрос мистер Брюн. — Да ничего особенного, — заверил осторожный Тальберт. — Я не помню, где слышал его, парень, — сказал наконец мистер Брюн. — Ты уж извини. Тальберт проследил за ним, но совершенно безрезультатно, если не считать того, что он сделал окончательный вывод: этот Брюн что-то скрывает. Позже, возвращаясь обратно в «Миллард Филлмор», Тальберт решил поручить какому-нибудь детективному агентству в Окленде разузнать все, что можно разузнать. Когда Тальберт приехал в гостиницу, его дожидалась телеграмма.
Глаза Тальберта загорелись. — Сходится, — пробормотал он, — ага! Спустя час он выписался из гостиницы, доехал на такси до аэропорта и сел на рейс до Чикаго. Через двадцать минут после его отбытия к стойке администратора подошел человек в темном костюме в тонкую полоску и спросил, в каком номере остановился Тальберт Бин Третий. Когда ему сообщили, что Тальберт уехал, глаза человека сделались свинцовыми и он немедленно кинулся к телефонной будке. Откуда вышел, совершенно спав с лица. — Сожалею, — произнес дежурный портье, — но мистер Буллок уехал этим утром. — Вот как… Плечи Тальберта опали. Всю ночь в самолете он пересматривал свои записи, надеясь отыскать в анекдотах некую закономерность, стараясь классифицировать их потопам, по источнику происхождения и периодичности появления. Он устал от тщетных усилий. А теперь еще это. — И он, конечно, не оставил нового адреса? — Только сказал, что будет в Чикаго, сэр, — ответил портье. — Ясно. После ванны и обеда в номере несколько приободрившийся Тальберт устроился у телефона, вооружившись справочником. В Чикаго имелось сорок семь Джорджей Буллоков. Тальберт звонил и вычеркивал Буллоков одного за другим. В три часа дня он в оцепенении уронил трубку на рычаг. В шестнадцать двадцать одну он снова пришел в себя и совершил оставшиеся одиннадцать звонков. Мистера Буллока нет дома, так сообщила об одном из них домоправительница, однако его возвращения ожидают сегодня вечером. — Большое вам спасибо, — произнес Тальберт с затуманившимся взглядом, после чего повесил трубку и рухнул на кровать, но только для того, чтобы в пять минут восьмого вскочить и спешно одеться. Спускаясь вниз, он проглотил сэндвич и стакан молока, потом кликнул такси и целый час добирался до дома Джорджа Буллока. |