Книга Рассказы, страница 149 – Ричард Мэтисон

— Боюсь, я… — начал он.

— Я желаю отыскать источник этих анекдотов, — заявил Тальберт. — Узнать их происхождение, их начало.

— Но зачем? — спросил дядюшка. Едва слышно.

— Потому что это имеет большое значение. Потому что эти анекдоты являются частью культуры, до конца не исследованной. Потому что они представляют собой аномалию, феномен вездесущий, но неизведанный.

Дядя Лиман ничего не произнес. Побелевшие руки обессиленно упали на дочитанную до середины «Уолл-стрит джорнал». Глаза плавали за блестящими стеклами очков, как оливки в паре бокалов.

Наконец он вздохнул.

— И какую роль, — печально поинтересовался дядя Лиман, — мне предстоит сыграть в твоем расследовании?

— Мы должны начать с того анекдота, который ты рассказывал сегодня после обеда в летнем домике. От кого ты его услышал?

— От Карцера.

Эндрю Карцер был одним из многочисленной армии юристов, трудившихся на предприятиях Бинов.

— Отлично! — сказал Тальберт. — Позвони ему и спроси, где услышал этот анекдот он.

Дядя Лиман вынул из кармана серебряные часы.

— Уже почти полночь, Тальберт.

Тальберт отмахнулся от этой информации.

— Сейчас же, — сказал он. — Это очень важно.

Дядюшка Лиман еще секунду рассматривал племянника. Затем, вздохом признав поражение, он потянулся к одному из тридцати пяти телефонов в поместье Бинов.

Тальберт стоял, шевеля пальцами ног, на покрывающей пол медвежьей шкуре, пока дядя Лиман набирал номер, ждал ответа и разговаривал.

— Карцер? — спросил дядя Тальберт. — Это Лиман Бин. Прошу прошения, что поднял вас с постели, однако Тальберт непременно хочет узнать, где вы услышали анекдот про актрису, которой показалось, что режиссер сказал «сарсапарель».

Дядя Лиман выслушал реплику на другом конце провода.

— Я сказал… — начал он снова.

Через минуту он тяжело опустил трубку на рычаг.

— От Даунлоха.

— Позвони ему, — велел Тальберт.

— Тальберт, — взмолился дядюшка.

— Сейчас же.

Дядюшка Лиман испустил долгий выдох. Он аккуратно сложил «Уолл-стрит джорнал». Потянулся к столу красного дерева и взял одну из сигар длиной в четверть метра. Пошарив усталой рукой под бортом смокинга, он выудил записную книжку в кожаном переплете.

Даунлох слышал анекдот от Джорджа Махинатцера. Дипломированный бухгалтер Махинатцер услышал его от Плуто Крафта. Банкир Плуто Крафт услышал его от Билла Бакклуши. Доктор психологии Билл Бакклуши услышал его от Джека Блэка, менеджера казино «Кипр». Блэк услышал анекдот от О. Уинтерботтома. Уинтерботтом услышал его от X. Альбертса. Альберте услышал его от Б. Сильвера, Сильвер — от Д. Фрина, Фрин — от Э. Кеннелли.

Здесь их ждал нелепый поворот сюжета, поскольку Кеннелли сказал, что слышал анекдот от дядюшки Лимана.

— В этом и состоит сложность, — сказал Тальберт. — Эти анекдоты ведь не сами собой зарождаются.

Было уже четыре утра. Дядя Лиман съежился, вялый и с неподвижным взглядом, в своем кресле.

— Должен же у них быть источник, — говорил Тальберт.

Дядя Лиман оставался недвижим.

— Тебе не интересно, — заподозрил Тальберт.

Дядя Лиман издал какой-то звук.

— Не понимаю, — сказал Тальберт. — Сложилась ситуация, обещающая множество удивительных открытий. Разве на свете существует хоть один мужчина или женщина, которые ни разу не слышали неприличного анекдота? Я бы сказал, что нет. И в то же время знает ли кто-нибудь из этих мужчин и женщин, откуда берутся такие анекдоты? И снова я скажу, что нет.