Онлайн книга «Помещик»
|
— Сколько здесь зарядов? — спросил я. — Шесть хотел, — Кузьма тут же придвинулся. — Но если стенки толстыми делать, тогда пять. А тонкими нельзя, разорвёт. Хотя, если железо доброе… Пять выстрелов. Или шесть. Это тебе не двустволка. С такой штукой человек мог уложить нескольких мертвяков, прежде чем те доберутся до него. На коне тоже удобно: не надо после каждого выстрела бросать пистолет и хвататься за следующий. Да мало ли где пригодится оружие, которое не приходится заряжать после каждого нажатия на спуск… Я чувствовал, как внутри начинает знакомо свербеть. Вот только что с этим делать, пока было совершенно непонятно. В нашей кузне Кузьма оружие не изготовит — это точно. В Порхове толкового оружейника ещё искать надо, да и не найти, наверное… Везти рисунок в Петербург? Но кому? И с каким предложением? Нет, первым делом следовало показать его Сабурову. Тот знал людей, бывал в столице и хотя бы мог подсказать, в какую дверь стучаться, чтобы на тебя как на дурака не смотрели. В принципе, я и сам имел несколько знакомцев, но Сабуров… Сабуров, что-то мне подсказывало, точно знал, что с этой штуковиной делать. Эх, а вот самого Кузьму хорошо бы отправить учиться. Не навсегда, разумеется. Но хотя бы на несколько месяцев к настоящему мастеру — туда, где есть станки, инструменты и люди, умеющие ими пользоваться. Вот только кто согласится учить крепостного мальчишку, который через три дня начнёт объяснять хозяину мастерской, что тот всё делает неправильно? Ладно. С этим можно было разобраться позже. А сейчас… — Кузьма, — сказал я, — этот чертёж надо переделать. Он сразу сник. — Я ж говорил, ерунда… — Да помолчи ты. Возьми новый лист и нарисуй всё начисто. Красиво, понятно и как можно точнее. Отдельно саму фузею, отдельно эту твою штуковину с каморами. Покажи, как она крепится, как поворачивается, чем запирается. Размеров точных не знаешь — не ставь, потом разберёмся. Но человек, который увидит рисунок, должен сразу понять, что ты придумал. Кузьма замер. — Так вы… Барин, так оно не ерунда, выходит? — Не ерунда. Сделаешь чертёж — принесёшь мне. Я подумаю, кому его показать. — Я сделаю! — выпалил он. — Я сегодня же. До ночи! Нет, до вечера! Я сейчас Федьку попрошу, он за горном постоит, а я… — Федька сам решит, где ему стоять, — проворчал Фёдор, но без злости, и тут же смягчился. — Делай уж. Без сопливых управлюсь. Кузьма схватил лист, едва не порвал, бережно разгладил и тут же заметался по кузне в поисках чистой бумаги. Я полез в карман. После недавних расходов серебро следовало беречь, но сейчас мне не было жалко ни капли. Вытащил рубль и положил на верстак. Монета звякнула о дерево. Кузьма остановился. Посмотрел на рубль, потом на меня. Глаза у него сделались больше самой монеты и, казалось, вот-вот выскочат из-под очков. — Барин… Это чего? — Серебряный рубль. Не узнаёшь? — Да узнаю я! Это… Мне, что ли? — Тебе, тебе. Бери, не жеманничай. Он даже попятился. — Так я ж ничего не сделал ещё… — Придумал. Значит, сделал. Чертёж закончишь — получишь ещё. Кузьма осторожно взял монету двумя пальцами, поднёс к глазам, повертел, зачем-то понюхал и прикусил. Потом посмотрел на меня. Прикажи я ему прямо сейчас в одиночку отковать пушку, думаю, он бы только спросил, какого калибра. |