Книга В закоулках Мироздания, страница 78 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Отозвав назад сделавший полный круг квадрокоптер, у которого к тому же начали разряжаться батареи, я двинул своих людей вперед по тропе, приказав перемещаться скрытно, быть настороже, смотреть в оба, и раньше времени не обнаруживать своего присутствия. Короче, тевтонов мы скрадывали по всем правилам, как базу каких-нибудь шайтанов в горах Кавказа или пустынях Сирии.

Поэтому, пока никто не из них не вспомнил о несчастном и забытом Максе Вернере, я приказал своим людям двинуться вперед, на этот раз не деля отряд на основную и тыловую группы. Ибо в условиях, когда мы вышли на равнину и противник, не особо напрягаясь, может охватить нас по флангам, это весьма чревато для безопасности гражданских. Воды в броде через ручей взрослому человеку было чуть выше колена, а мальчишкам и девчонкам Птицы, которые вместе со своей наставницей двигались рядом со мной, она доставала примерно до середины бедра. Но никто из детей даже и не пискнул, входя в обжигающе-ледяную воду, за исключением, разумеется, Танцора, которого в поток пришлось загонять чуть ли не матами и пинками – он лепетал что-то про свои больные почки. Ох уж этот Танцор… Для всех нас он такой же недееспособный опекаемый, вроде двух девчонок Матильды и Зайца.

Зато мальчишки, особенно Колдун, способны дать ему сто очков вперед. Вот они, ежась и посмеиваясь, ведут через ручей в поводу всех троих коней с навьюченным на них трофейным барахлом и частью своего груза, освобождая от этой работы бойцов, которые теперь могли принять участие в бою. Даже рыцарский першерон, подозрительный и агрессивный ко всем, кроме хозяина, идет за Колдуном, покорно склонив к его плечу свою большую черную голову.

Переправившись через поток, мы поднялись по тропе вверх до гребня холма, с которого нам открывалась панорама селения. Конечно, я получил общее представление о ландшафте при облете местности квадрокоптером, но совсем другое дело – взглянуть на него своими собственными глазами, пусть и вооруженными биноклем. Поросший редким лесом и густым кустарником склон холма довольно круто спускался к поселку. Тут, наверху, посвистывал сильный ветер, дующий вдоль ущелья как в аэродинамической трубе, а там, у подножья, должно быть тихо и спокойно, ибо сам холм является эдаким своеобразным ветроломом. Может быть, на то были еще какие-то, не пришедшие мне сейчас в голову причины, но стена из ломаного плитняка, опоясывающая селение по кругу, отстояла от опушки густого кустарника не более чем на сотню метров.

Сама стена явно была предназначена не для обороны против человека, а для защиты селения от таких крупных и опасных хищников, как свинозавр. Не столько высокая, сколько широкая, она была сложена из больших скальных обломков, скрепленных глиной, по острым выступам которых смог бы перебраться даже ребенок. Ничуть не сомневаюсь, что во время нападения многие так и сделали, сбежав от угрозы неминуемой смерти в опасный, но все же знакомый лес. То, что мы их не встретили, еще ничего не значит. Во-первых, они у себя дома и могут спрятаться, используя любую щель, а во-вторых, мы их, собственно, пока и не искали, сосредоточив свои усилия на подготовке атаки против тевтонов.

Старательно обходя густые колючие заросли шиповника и облепихи, двигаясь по тем местам, где кустарник был все же пореже и лишен колючек, мои парни подкрались к самой опушке и залегли, высматривая признаки присутствия противника. Один за другим по рации посыпались доклады старших пар: