Книга Яд минувшего, страница 261 – Вера Камша

— Мы говорили два раза. – Королева будет свободна, но как мерзко, что ее тайны узнают все! – Сначала Катари меня предупреждала про Джастина. Потом хотела оправдаться… Я видел ее с Алвой, так получилось. Альдо, а нельзя дальше без свидетелей? Только судьи, и всё.

— Дикон, – скривился Альдо, – не говори ерунды. Я не собираюсь тебе мешать, женись и будь счастлив, но для меня Талигойя важнее свадьбы, даже твоей. У Оллара не должно быть законных наследников. Алва будет осужден так, что ни одна мышь нохская не придерется.

Многоопытному юристу пристало юлить и ждать, когда обалдевший собеседник скажет больше, чем собирался, но мэтр Инголс явил прямо-таки солдатскую прямоту.

— Итак, Первому маршалу Великой Талигойи и Высокому Судье понадобился адвокат? – в упор спросил толстый законник, отринув не только здоровье, но и погоду. Робер такого не ждал, но придуманная загодя фраза выручила.

— Ваше время и ваша голова стоят дорого, а ваши усилия пропали зря. Во сколько вы оцениваете проделанную работу?

— Вы желаете дать мне денег? – Адвокат удивленно поднял брови. – Для ближайшего друга Альдо Ракана это по меньшей мере странно.

— Тем не менее, сколько?

— Я не готов отвечать. – Законник слегка передвинул бокал с довольно-таки посредственным вином. – Давайте поговорим об этом после обеда, раз уж вы меня на него пригласили.

— Я предпочитаю сначала уладить дела.

— Видите ли, монсеньор, – медвежьи глазки стали лукавыми, – я называю цену, исходя из возможностей клиента и важности для него результата моей работы. Сколько стоит герцог Эпинэ, я примерно знаю, но зачем внуку Анри-Гийома платить за Алву? Я теряюсь в догадках, а значит, боюсь продешевить.

— Тогда давайте обедать, – Робер вздохнул и понял, что проголодался, – но без платы я вас не выпущу.

— Я буду звать на помощь, – предупредил адвокат, разворачивая салфетку. – Но, сударь, заданный вами вопрос не стоит обеда. Вы хотели узнать что-то еще, не правда ли?

— Я хочу знать ваше мнение о процессе, вернее, о том, что вы успели увидеть.

— Неужели вы думали, что такая судебная крыса, как ваш покорный слуга, не отыщет лазейки? – Мэтр укоризненно покачал головой и взял оливку. – Господин Кракл выпроводил из зала толстого законника в зеленой мантии. Наутро в Ружский дворец вошел толстый негоциант в коричневом платье.

— Тем лучше, – наглость Инголса вызывала восхищение. – Итак, что вы думаете? Ручаюсь, сказанное останется между нами.

Адвокат бросил косточку на тарелку.

— Альдо Ракан не первый, кто пытается свести счеты с противниками с помощью закона. И не последний. Обычно устроители судилищ выныривают из них, благоухая, как сточная канава, господин Ракан лишь подтвердил это правило. Честная казнь по горячим следам победителя не запятнает. В отличие от попытки сделать убийство законным. Вы со мной не согласны?

Соглашаться было нельзя, спорить не тянуло, оставалось увести разговор в сторону. Робер отломил кусок хлеба. Мэтр ждал ответа, крутя во рту очередную оливку. Эпинэ обмакнул хлеб в горчичный соус.

— Следовало судить не Алву, а Фердинанда.

Законник поморщился, словно оливка превратилась в лимон.

— Позвольте с вами не согласиться. Юриспруденция – удивительная вещь, сочетающая безумие поэта с беспощадностью математика и наглостью кошки. То, что обычному человеку кажется очевидным, для юриста эфемернее радуги, зато откровенная чушь может стоить имущества и головы.