Онлайн книга «Новые детективные истории эпохи Мэйдзи»
|
— Да, – ответил гость. Молча кивнув, Дайго открыл дверь и проводил Искэ в комнату старшего брата, после чего приказал Намико: — Кто бы ни явился, не впускай. Изнутри послышался звук запирающегося замка. Намико поначалу тревожилась, сможет ли она узнать Искэ, но торговца тканями можно определить с одного взгляда. За спиной он нес огромный прямоугольный тюк, почти вдвое больше своего туловища, так что и спрашивать не нужно было. Девушке стало жаль, что ему приходится идти вдоль забора почти по всей ширине сада, и она мягко заметила: — Наверное, тяжело нести. — Я привык, так что это пустяки, – ответил мужчина. И действительно, хоть он и был небольшого роста, но телосложение имел крепкое и мускулистое. Этими словами их разговор и ограничился. Спустя десять минут после того, как Намико осталась одна, к ней в спешке явилась Отомэ. Эта бесцеремонная посетительница была куда опаснее прочих, поэтому Намико загородила ей дорогу: — Нет, нельзя! Сейчас неподходящее время. У него часы отдыха. Посетителей принимают лишь с семи до десяти вечера, даже хозяйке и юному господину нельзя нарушать этот порядок. Вам это должно быть известно. А тем, у кого вовсе нет разрешения на свидание, тем более следует воздержаться от прихода сюда. Однако, слишком увлекшись, Намико заговорила чересчур резко и этим только разгневала Отомэ. — Я ведь старшая дочь в этой семье. Даже для самого Дзэнсаку я остаюсь старшей сестрой. А ты всего лишь служанка и смеешь так дерзить? — Прошу меня простить, но я выполняю свой долг и не могу вас пропустить. Громко говорить также не следует. В это время все соблюдают тишину. — Но я обязана была прийти сегодня. Это веление свыше. Если я не присмотрю за ним, брата убьют. Боги ясно это сказали, нет никакой ошибки. Намико удалось сдержать ее, и Отомэ неожиданно заговорила тихо и сдержанно, однако глаза посетительницы сверкали, выдавая готовый вырваться гнев. Слова ее прозвучали неожиданно и, будучи сказаны вполголоса, стали оттого еще более жуткими, но если вспомнить, что эту старуху давно считают одержимой лисой[116], сумасшедшей бродяжкой[117], ее воинственный настрой не стоил и гроша. Намико поставили здесь дежурить именно из-за этой странной женщины. — Вы должны уйти до того, как я досчитаю до десяти. Такова моя обязанность. Ваш шум самым ужасным образом отражается на болезни господина. И не стоит недооценивать меня из-за того, что я всего лишь служанка. Это мой долг – и я выполню его даже ценой своей жизни. Молодая девушка ответила на вспышку гнева с удвоенной решимостью. Поглядев на это, Отомэ, похоже, поняла, что тут ей ничего не добиться. — Я только чуть-чуть помолюсь, попрошу прогнать смерть. Ну, что ж поделать… Закрыв глаза, она сложила ладони и начала: «Наму… куша-куша-куша…». Женщина то вытягивала вперед сложенные в молитве руки, то очерчивала ими круг, то прижимала к себе, то резко указывала в сторону. C каждым движением ее «наму куша» становилось все громче. Намико невольно вздрогнула, и в тот же миг все резко прекратилось. Закрыв глаза, Отомэ сложила ладони в молитвенном жесте и поклонилась до земли. Когда обряд завершился, она, не попрощавшись, поспешно ушла. Ждать пришлось недолго. Оба вышли из зала. Была, вероятно, половина десятого либо без двадцати. Заперев дверь на ключ, Дайго сказал: |