Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 120 – Анго Сакагути

— Смогли установить, кто пробрался в амбар?

— Увы, нет. Как и в деле Дзёскэ, управляющего Хирукава, преступника, стоящего за происшествием с божественной стрелой, поймать не удалось.

— Были ли еще инциденты, связанные с божественными стрелами?

— Насколько удалось выяснить, известны только два случая – у богачей Кадзи и Хирукава. Они произошли одно за другим, и сохранились записи в деревенских свитках, так что при желании можно определить точные даты. Насколько я помню, это было вскоре после того, как округ стал называться префектурой Кумагаи, то есть примерно в пятом году Мэйдзи. Когда пришел указ о представлении старинных документов из местных храмов и святынь, собрали встречу деревенских старост. Тогда никто и не подумал об Ооками Инари, но господин Хирукава поднял этот вопрос и предложил воспользоваться случаем, чтобы заглянуть в генеалогию этих тэнгу. Он сказал: «Я сам за ними поеду. Подготовьте официальную расписку с печатью, чтобы тэнгу без опасений отдали свои бумаги». Кажется, с ним пошел и управляющий Дзёскэ, а еще двое служек из деревенской администрации. Поначалу эта затея казалась хлопотным делом, но когда эти тэнгу узнали, что речь идет о всеяпонском исследовании старинных документов, то пришли в восторг и охотно одолжили множество бумаг. Они сами не знали, что документы – подделка, сделанная их предком лет семьдесят – восемьдесят назад, наоборот, считали их подлинными. Поскольку это была инициатива господина Хирукавы, он с большим нетерпением забрал документы к себе домой. Его семейство жило в деревне Ками – на самом восточном краю нынешнего уезда Кодама. А святыня Ооками Инари располагалась на западной окраине, уже у границы с Титибу, то есть расстояние между ними – самое большое, какое только можно найти в уезде. Несмотря на это, господин Хирукава отправился к жрецам, что показывает его большой интерес. Говорят, он выехал утром и уже к вечеру вернулся, выполнив задуманное. У него дома собрались несколько деревенских старожилов, увлеченных подобными делами, и они всей компанией под тусклым светом лампы, чуть не уткнувшись лицами в документы и чертежи, оживленно обсуждали свитки допоздна. Вроде как это и стало причиной беды. Чтобы радушно принимать гостей, всю ночь держали огонь, но его не смогли потушить должным образом. Говорят, именно из-за этой беспечности все и случилось. Ближе к рассвету вспыхнул пожар, и к утру от большого дома остался лишь пепел. А когда горит твой собственный дом, уже не думаешь о каких-то бумагах из храма Ооками Инари. В итоге, пока домашние в спешке вытаскивали имущество, эти якобы древние бумаги оказались позабыты, разумеется, превратились в пепел, исчезнув безвозвратно. Так начались все эти распри.

— Разве документы не были подлинными?

— Мы люди деревенские, ученых среди нас не водится, – ответил собеседник. – Но той ночью кроме господина Хирукавы бумаги просматривали увлеченные любители всякой древности, что годами разыскивали по деревне старинные рукописи и зачитывались ими взахлеб. И вот, по их словам, сразу было видно, что документы поддельные, даже названия деревень написаны современными иероглифами. Вроде бы промах подделки заключался в том, что вместо старинных названий деревень из Вамё-сё^[97] там использовали современные с новыми иероглифами. Вот почему, когда начались скандалы с этими тэнгу, все сильно сочувствовали господину Хирукаве. Но кто бы мог подумать, что беда, которую он на себя навлек, обернется такой трагедией. Неосторожные шутки себе дороже.