Книга Без шансов уцелеть, страница 65 – Юнь Хуянь

Лю Сымяо уставилась на пустой подоконник, словно Сянмин только что спрыгнул с него и исчез. В ее глазах мерцал лунный свет и плескалась нежность.

— Раньше я все время боялась быть уязвимой, оттого холодно встречала его чувства, пока… Пока он не ушел. Тогда каждое его слово, каждый взгляд ожили во моей памяти, обостренные до предела… Я наконец поняла: он безмерно любил меня, а моя стужа была его приговором, и, может быть, поэтому…

Ее слова оборвались, и вместо них вырвались лишь глухие, давящие рыдания.

Лэй Жун изумленно смотрела на подругу, и выражение ее лица становилось все более мрачным и тревожным. Она медленно протянула руку и заключила в свои ладони бледные ледяные пальцы Сымяо.

— Сымяо, ты ведь давно не отдыхала? – мягко сказала она. – Ложись, поспи, хорошо?

Лэй Жун сидела у кровати, пока дыхание Лю Сымяо не стало ровным, и только тогда поднялась и вышла.

Вернувшись в городское управление, Лэй Жун сразу направилась в кабинет начальника с докладом – это Сюй Жуйлун поручил ей проведать Лю Сымяо.

— Как она? – спросил он с порога.

— Я сварила ей кашу, она поела и уснула. – Лэй Жун чуть помедлила и добавила: – Начальник, мне кажется, состояние Сымяо ухудшилось.

— Как? – Сюй Жуйлун нахмурился. – В чем дело? Расскажи поподробнее!

— Сымяо и Сянмин учились на курс младше меня, – начала она. – Их даже считали в нашем университете идеальной парой. Сымяо всегда держалась холодно с другими парнями, потому что в ее сердце был только Сянмин. А за Сянмином с самого детства следовала тень: родители развелись, поэтому он избегал серьезных отношений. За ним бегали толпы девчонок, но он всех отверг – в том числе и Сымяо. – Лэй Жун сделала паузу и продолжила: – Однако во время моего визита к Сымяо она сказала нечто странное… Она перебирала воспоминания, одно за другим… И была убеждена, что Сянмин всегда любил ее. Вот только я помню, как спрашивала Сянмина о его чувствах к Сымяо, и он тогда признался, что для него она лишь друг, не более.

Чем больше слушал Сюй Жуйлун, тем сильнее путался.

— Тогда почему же Сымяо уверена, что Сянмин ее любил?

— Кажется, у нее началось бредовое расстройство, – сказала Лэй Жун. – Случившееся с Сянмином стало слишком тяжелым ударом. Она боготворила его, а кумир внезапно рухнул с пьедестала. И именно в тот миг она осознала, что в сердце Сянмина ее никогда не было. И эта мысль оказалась невыносимой, чуждой, неприемлемой, она не смогла смириться, поэтому сознание стало постепенно искажаться, включился механизм компенсации^[36]. Она вообразила, что именно ее холодность толкнула Сянмина на преступление, внушила себе, что ее отказ лишил его надежды и вверг в отчаяние. Она винит себя, и эта вина, хоть и кажется невыносимой, все же приносит ей в смертельной муке крохотные мгновения облегчения…

— Хочешь сказать, Сымяо, узнав, что он ее не любил, сама создала ложь, дабы спрятаться в ней? – изумился Сюй Жуйлун.

Лэй Жун едва заметно кивнула.

— В этом самообмане Сянмин принадлежит только ей, любит только ее и из-за нее же совершил преступление. Отчаянным поискам его следов Сымяо тоже придумала оправдание: «Раз это я довела его, то должна нести ответственность до конца».

— Этого не может быть, не может быть! – Сюй Жуйлун беспомощно развел руками.