Онлайн книга «Без шансов уцелеть»
|
Собрав остатки сил, она медленно открыла последнюю страницу досье. В пелене слез фотография рассыпалась на крошечные точки, дрожала, плыла, но затем вновь собралась воедино… Ошибки быть не могло: это была она, именно она – единственная выжившая в «Деле о массовом убийстве 24 октября», та женщина в белом, которая едва не угодила под машину Чжан Дашаня, та, что стояла вся в крови посреди дороги, а ее длинные волосы бешено трепал ветер, та самая призрачная фигура… Это была Лю Сымяо, на помощь которой все так надеялись! Глава 3 Гибель птиц Человек жил-жил, а потом решил подвести черту. Таких случаев сколько угодно. Как это объяснить тому, кто жаждет объяснений? Да и нужно ли что-то объяснять?[34] 1 Лю Сымяо решила покончить с собой в тот миг, когда увидела морскую птицу, погибшую из-за любви. Япония, Кобэ. Одна, другая, третья, четвертая… Над лазурными волнами кричали и кружились белые создания. Лю Сымяо стояла на берегу и смотрела на море. Небо, лишенное солнца, испускало мрачное, сероватое, но при этом слепящее свечение. Море бурлило в своей ярости, волны поднимались и опадали, напоминая тысячи ртов, что жадно глотают и захлебываются. Там, в бескрайней дали, море и небо сливались воедино. Нераздельные, границы стерты. Морской ветер бил в лицо, соленый рыбный вкус на губах превращался в бесконечную горечь. Сянмин, где же ты? Она судорожно ухватила ткань у груди, вцепилась так, будто пыталась вырвать собственное сердце. Прошлое воскресало в памяти… На мосту она обняла Сянмина, и слезы беззвучно покатились по ее щекам. Подбородок Линь Сянмина касался ее виска, он нежно гладил ее волосы, и капли дождя на прядях стекали по его пальцам жемчужными нитями. Она закрыла глаза, длинные ресницы дрожали. — Сымяо, спускайся с моста вместе со всеми, ладно? – мягко сказал Сянмин. Никогда прежде она не слышала в его голосе столько нежности. Даже когда они вместе учились в одной школе, в одном университете, даже когда за границей оказались в одном городе, а вернувшись, работали в одном отделе; даже когда они вместе ходили в кино, гуляли в парке, сидели плечом к плечу за длинным столом в Нью-Йоркской публичной библиотеке, раскрыв толстые тома «Ежегодника по уголовным преступлениям Северной Америки», и она украдкой поглядывала на его отражение в бронзовом абажуре; даже когда они вечерами выходили в просторный двор, садились за зеленый столик напротив друг друга, тихо обсуждали находки дня и изредка вскидывали головы, следя за птицами, скользящими над кронами… Никогда прежде она не слышала в его голосе столько нежности… В эту самую минуту она поняла: никогда прежде он не держал ее так крепко. Она отпустила его руку, разжимая палец за пальцем, и каждый миг прощания отдавался нестерпимой болью в сердце. — Не забывай меня… Сказав напоследок лишь одну фразу, она сквозь ветер и дождь покинула мост, даже не обернувшись. Какое-то время она серьезно болела. Болезнь выжгла ее, остался лишь хрупкий силуэт. Раньше она почти не упоминала о Сянмине, намеренно выталкивала его из своего мира, но после болезни стала каждый день обходить городские управления полиции, прокуратуры, суды, пытаясь узнать его судьбу. Поначалу ее все принимали тепло и вежливо, отвечали: «Дело засекречено», «Мы сами не знаем» и тому подобное, – но, когда она стала приходить ежедневно и спрашивать одно то же, их терпение иссякло – ее стали воспринимать как обезумевшую Сян-линь, потерявшую своего А-мао[35], встречать холодом, даже насмешками. Лю Сымяо, некогда гордая, суровая и неприступная, лишь молчала, притворялась, что не слышит, терпела, лишь бы добыть хоть крупицу сведений о Сянмине… |