Книга Тонкий лед на глубине, страница 62 – Алексей Градов

Штанга летела вертикально вниз, целя точно в незащищенный шейный вырез бушлата Шелеста.

Времени на уклонение не оставалось: тело находилось в безопорной фазе перехода через край проема.

Шелест сработал блоком. Он не стал убирать голову — он втянул подбородок в ключицы и выбросил вверх согнутое левое предплечье, подставляя под удар самую плотную часть предплечья, защищенную двойным слоем: форменным сукном бушлата и остекленевшим панцирем промасленного штормового плаща.

Удар пришелся по касательной.

Стальной фланец штанги с хрустом врубился в наружную поверхность брезента. Ледяная корка, сковывавшая ткань, взорвалась снопом мелких стеклянистых осколков, приняв на себя первичный импульс кинетической энергии. Однако тяжесть полутораметрового рычага пробила шерсть: металл вдавил мягкие ткани в локтевую кость Шелеста. Боль отозвалась тупым электрическим разрядом, на секунду парализовав пальцы левой руки; монтировка выскользнула из онемевших рукавиц и со звоном улетела вниз, в черное жерло лестничного винта.

Седых замахнулся для повторного добивающего удара, подавшись вперед всем корпусом.

Шелест не дал ему завершить дугу замаха.

Используя инерцию полученного удара, он не отшатнулся назад, в провал лестницы, а рванул тело вперед. Его правое плечо — защищенное лишь сукном бушлата, скованное болью ожога — врезалось в бедра гидролога встречным тараном.

Семьдесят восемь килограммов живой массы на скорости сбили Седых с опорной базы. Ноги гидролога в легких кедах оторвались от скользкого латунного настила; штанга анемометра выскользнула из его пальцев, звякнув о чугунный рельс каретки. Седых опрокинулся навзничь, с глухим ударом приложившись затылком о нижний пояс подкупольной обшивки. Воздух из его легких вылетел с мокрым, клокочущим звуком: «Х-х-хы-ы».

Шелест выкатился через комингс люка и встал на левое колено.

Дыхание вырывалось из его груди короткими, жесткими порциями, оседая на вороте густым белым налетом. Он быстро провел пальцами по левому предплечью: кость была цела, надкостница ныла тупым жаром, но пальцы уже возвращали чувствительность, сжимаясь в кулак. Обожженная правая рука оставалась прижатой к животу, пульсируя непрерывным, выматывающим жаром под повязкой.

Шелест поднял голову, фиксируя периметр.

Фонарное отделение маячной башни представляло собой круглое помещение диаметром около четырех метров с круговым остеклением на триста шестьдесят градусов. Двенадцать массивных бронзовых стоек удерживали медный сферический купол, обшитый изнутри листовым железом. Высота пространства составляла три метра.

Внешний контур остекления был частично разрушен.

Три тяжелых штормовых стеклопакета с подветренной северо-западной стороны не выдержали прямого динамического давления девятибалльного шквала. Толстые стекла с проволочным армированием были вдавлены внутрь; их обломки, похожие на ледяные торосы, устилали латунный рифленый пол.

В образовавшиеся метровые проломы хлестал ладожский ураган. Ветер со скоростью около тридцати метров в секунду закручивал внутри камеры бешеную снежную воронку. Температура здесь была идентична забортной: минус семь градусов. Металл конструкций, приборные щиты и пол покрылись сплошным слоем кристаллического инея, сверкавшего в сполохах ночи.