Книга Жрец со щитом – царь на щите, страница 191 – Эра Думер

– А кого любишь? Тихоню Каненту?

– Стыдись даже произносить её имя. То, что ты сделала с нашей дочерью, повергло Каненту в отчаяние. Мне пришлось отдать Атилию на служение Весте, и больше я её не видел, ибо ты, порождение Тартара, наслала на неё проклятие, которое распространяется на всех, даже на родного отца. Я отрёкся от Атилии и расстался с Канентой, ушёл в лес, обзавёлся легионом сатиров, но и тут ты не оставишь меня в покое. – Плиний опасно сблизился с Киркой, и она вскинула прямой нос, нахмурив чёрные брови. – Я люблю Каненту. Люблю Атилию. А тебя ненавижу.

– Мне нет оправдания, это так, – согласилась Кирка. Она тяжелее задышала и отбросила с плеча вьющуюся прядь. – Я не прошу прощения, потому как это обесценит мой грех, опустит на уровень шалости на почве страсти – а я совершила проступок и понесу наказание после смерти.

Они помолчали, изучая друг друга по обе стороны грани магического символа. И Кирка, и Плиний – потомки богов, они были равны, а их умы, как амбиции и страсти, безграничны.

– Знаешь, приворот не срабатывает на людей, чьё сердце переполнено безграничной любовью, – промолвила Кирка с улыбкой змеи. – Так ли ты был честен с Канентой?

– А Антоний Туций Квинт знает, что его благоверная сбегает в рощу, чтобы вызвать бывшего любовника? – Он принял условия её игры и теперь вымерял шагами магическую границу – ночная синь концентрировалась вокруг чёрно-бело-красного силуэта. – Не пытайся туманить мой разум, Кирка. На меня не действуют штучки отвергнутой ведьмы.

– Тогда зачем ты притворяешься, что тебя сдерживает магический круг? – спросила она, внезапно охрипнув. – Один из секретов Пика?

– Отнюдь. – Он перешагнул настил из веток и потеснил Кирку, но она не двинулась с места. – Это один из секретов Плиния.

– Птицы, что жаждет быть пойманной? – спросила Кирка, бесстрашно сократив расстояние – она прижалась к Плинию всем телом и сладострастно улыбнулась, когда ощутила твёрдость его намерений. Кирка потянулась к его губам и шепнула в них: – Я ещё думаю о тебе.

Она выкинула волшебную палочку и дерзко прижалась своими губами к его. Плиний отдался порыву на миг, жмурясь, как от солнца, но в конце концов разорвал поцелуй и выплюнул:

– Ты мне отвратительна.

– Я знаю.

В бурном порыве Плиний подхватил Кирку под бёдра и прибил спиной к ближайшему дереву. Причёска Кирки рассыпалась: волосы, одежды и тело в его руках превращались в искушённых змей, словно у Горгоны, и сама Кирка источала экстатический яд, которым напивался Плиний. Он не мог противиться чарам, которыми владела Кирка, и ему в глубине души совершенно этого не хотелось.

Он бился в неё, как волны Тирренского моря – в борта «Царицы Дидоны». Омывал, лаская, но лишь на миг, чтобы обрушиться следующим валом, выше и больше предыдущего. Так же сильно, как Плиний ненавидел Кирку, он брал её и отдавался взамен.

Выдохшись, они смотрели на звёзды. Кирка лежала в разворошенном, как гнездо после нападения хищника, магическом символе, неспособном сдержать божество уровня Пика. Плиний укрывал её крылом, ни о чём не думая. Он ел виноград, подбрасывая ягоды и ловя их ртом.

– Это будет нашим секретом, – сказала Кирка, облизнувшись, точно кошка, вспомнившая утреннюю крынку со сметаной. – Секрет Кирки и Плиния.