Книга Свет твоих глаз, страница 23 – Мира Айрон

— Конечно, справитесь, — с сарказмом ответил Анатолий. — Особенно тогда, когда Мишка твой пошлёт тебя куда подальше, и правильно сделает. Такие бабы, как ты, никому не нужны. Только вот ко мне ползти после не надо — я назад не приму.

— Не переживай, не приползу.

Люда достала из кладовки сумку и чемодан, начала быстро скидывать туда вещи. Велела Юльке собрать всё самое необходимое. Правда, не представляла даже, куда идти. Как родителям в глаза смотреть? И примут ли мама с папой их вообще, особенно отец?

Решив, что лучше переждать пару дней, Люда, перекинув через плечо сумку, взяв одной рукой ладошку дочери, а второй — ручку чемодана, отправилась к Ларисе. Лариса не станет задавать лишних вопросов; она поймёт Люду как никто другой. И живёт Лариса одна в небольшом частном доме, оставшемся ей от бабушки. На день-два, наверно, разрешит остановиться, а потом Люда придумает что-нибудь.

…Конечно, Лариса приняла их и разрешила жить у неё столько, сколько нужно. Получилось, правда, не слишком долго. Анатолий на следующий же день сменил замки, а все оставшиеся вещи Люды и Юли вывез к родителям Людмилы.

В тот же вечер к Ларисе пришёл Евгений Савельевич. Ясное дело, он был уже в курсе всех последних и самых горячих новостей, и поведение дочери восторга ему, мягко говоря, не внушало. Однако он сказал, что пока они с матерью живы, их дочь и внучка по людям скитаться не будут, — у них есть дом.

* * * * * * *

Михаил постоянно на шаг отставал от Люды. Поняв, что от мужа Людмила ушла, он пытался найти её, но так и не смог. Анатолий даже не открыл ему, послав через двери трёхэтажным матом и заявив, что он за бабами Мельникова не надсмотрщик. У родителей Люды не было, а её напарница, Лариса, сказала, что понятия не имеет, где Людмила, когда Михаил вчера приходил в детский сад.

Он же не знал, что Люда сама попросила Ларису никому ничего не говорить, и теперь боялся сойти с ума от тревоги. А тут ещё позвонил первый секретарь Горкома комсомола Севостьянов и настойчиво пригласил Михаила на приём. Вне очереди и без записи.

Как всё быстро! Ведь только вчера утром Михаил поговорил с женой и дочерью. Вера повела себя на удивление спокойно; у Михаила создалось впечатление, что она уже знала обо всём.

Дочь Света, кажется, не до конца поняла, что происходит. Во всяком случае, на известие о том, что папа теперь будет жить отдельно, она отреагировала вполне спокойно, даже не плакала. Спросила только, будут ли они видеться и гулять вдвоём с папой в парке, как всегда гуляют. Получив подтверждение, совсем успокоилась.

Вера пыталась мужа увещевать. Это у неё всегда хорошо получалось, — увещевать и давить. Терпеливо и долго, как на собрании, говорила о карьере, о возможностях, о пути, который они проделали вместе. Пообещала, что на "один раз" она закроет глаза, если Михаил готов взяться за ум.

Однако Мельников был твёрд: забрал уже приготовленные вещи и переехал к родителям. На развод он подал ещё раньше. Когда уходил, Вера спокойно сказала ему, что не оставит всё это так. И разлучница, и предатель-муж за всё ответят.

…- Входи, Мельников, — хмуро сказал Севостьянов, словами не ответив на приветствие Михаила, но протянутую руку пожал. — Присаживайся.

Михаил сел и молча уставился на деревянные панели расположенной напротив стены.