Книга Недосказанность. Вкус второго шанса, страница 12 – Татьяна Никольская

— Но они сбегут, как в прошлый раз, — напоминает Лиза.

— А если мы сделаем так, чтобы им было неудобно сбегать? Если рядом будут другие люди, которые не дадут им устроить скандал? Твоя тётя Таня, например. И… партнёр отца, Алексей Владимирович. Он весёлый, лёгкий, не любит ссор. Если я попрошу его прийти туда вместе с отцом и задержать его…

Лиза хмурится, размышляя.

— Тётя Таня встанет на сторону мамы. Они дружат давно. Она наверняка знает эту историю любви моей мамы.

— Посмотрим. Я поговорю с Алексеем Владимировичем. Я скажу ему, что нужно свести двух людей, которые давно не виделись. Он любит интриги.

Мы смотрим друг на друга, и я чувствую, как внутри зарождается надежда. План безумный, с кучей неизвестных, но это единственное, что у нас есть.

— Суббота через пять дней, — говорит Лиза. — Но нам нужно успеть подготовиться.

— Успеем. Я займусь отцом и Алексеем Владимировичем. Ты — мамой и тётей Таней. Действуем аккуратно, не вызывая подозрений.

Лиза кивает, и я вижу, как в её глазах загорается огонь.

— Только одно, — добавляю я. — Алексей Владимирович не должен знать всей подоплёки. Я скажу ему только, что папе почему-то не понравилась твоя мама, но ради нас с тобой, нашей свадьбы, их нужно как-то помирить. Думаю, он согласится. Он хорошо ко мне относится.

— А как он заманит твоего отца в «Дворянскую усадьбу»?

— Ну, не знаю. Скажет, что хочет посидеть в тихом месте, обсудить дела и заодно проверить, как там справляются. Они партнёры, это нормально.

Лиза кивает.

Мы гуляем вокруг озера ещё некоторое время, обсуждая детали. Кто во сколько придёт, как сделать, чтобы встреча выглядела случайной. Лиза говорит, что они с мамой обычно приходят к семи вечера.

— А если твой отец откажется? — спрашивает Лиза.

— Не откажется. Алексей Владимирович умеет уговаривать. А если вдруг не получится, придумаем ещё что-нибудь. Всё будет хорошо.

— Ты, правда, в это веришь? — спрашивает она.

— Я верю в нас.

Она отстраняется, смотрит мне в глаза, потом приподнимается на цыпочки и тянется к моим губам. Мы целуемся на ветру.

— Пока, — говорит она. — До встречи. Только лучше не звони, а пиши, когда я дома. А то мама застукает, снова будет скандал. Не хочу её расстраивать.

— Пойдём в машину, довезу до дома.

— Ты что! — она распахивает свои и без того большие глаза. — Вдруг мама увидит. Её не надо провоцировать. Я сама доберусь. До встречи.

— До встречи, — отвечаю я.

Мы целуемся на прощанье. Я достаю телефон, нахожу номер Алексея Владимировича. Он отвечает после второго гудка.

— Максим? Привет! Как жизнь?

— Алексей Владимирович, здравствуйте. Не очень жизнь. У меня к вам просьба. Деликатная. Можно подъехать? Только так, чтобы отца рядом не было.

Пауза.

— Та-а-ак… Тянет он. Назревает что-то интересное. Надеюсь, вы не поссорились? Твой отец сегодня с утра устроил разгон всем в офисе. Сейчас поехал «Элизиум» разносить. А причину я до сих пор не знаю — молчит как партизан. Так что можешь подъехать ко мне и утолить моё любопытство.

— Договорились, — говорю я и отключаю звонок.

Осталось надеяться, что родители не убьют друг друга при встрече. Или нас, когда всё узнают.

Я захлопываю дверь своего кабинета так сильно, что картина с видом на море на стене съезжает набок. Поправлять не буду — пусть висит как напоминание о том, что даже у идеальных людей бывает кривое утро.