Книга Вера стада, страница 86 – Джеймс С. А. Кори

* * *

В предполуденном свете, залившем садик, одинокое деревце выглядело почти что красивым. Ууя Томос сидела в кресле, положив ступню одной ноги на колено другой. В ее улыбке смешались удовольствие и насмешка. Дафид стоял перед ней с растопыренными руками, чувствуя себя смешным и нелепым.

— Да, – сказал Фер Каннедан. Хореограф рядом стоял с ним, тоже подняв разведенные ладони, словно сдавался старухе. – Эта поза у нас означает: «Смотри, я безоружен, я не представляю угрозы». Из-за того, что мы деремся иначе. А теперь представьте, что это боевые конечности каррикса. Медленно поднимите руки, глядя на свои плечи. В какой-то момент суставы немного сместятся. Заметили?

— Заметил.

— Почти неуловимое смещение соответствует движению боевой руки каррикса, готового атаковать. У нас все по-другому, но выглядит так же. Понимаете? Я присутствовал при трех стычках между карриксами, и каждый раз видел одно и то же. Это незаметное движение ясно говорит им, что пришло время драться. Но наши плечи могут сделать то, что им недоступно. Опустите руки. Встряхните ими, расслабьте их. Хорошо. Теперь поверните плечи вперед, как бы сутулясь, но голову не опускайте. Вообразите, что у вас на каждом плече по котенку, и вы хотите, чтобы они видели друг друга. Втяните грудь. Хорошо. Локти вниз, ближе к телу, так, чтобы они касались боков под ребрами. И вот, глядите, ваши руки уже не похожи на боевые конечности. Скорее они напоминают тощенькие ручонки для подачи пищи ко рту и прочих манипуляций.

— Неудобно, – сказал Дафид.

— Упражнения на растяжку, – посоветовал хореограф. – Займитесь своим телом, и оно о вас позаботится.

С дальнего конца сада за ними наблюдали два мягких лотарка и, кажется, веселились. Может, Дафид приписывал им собственные чувства – и все же он уронил руки и выпрямился.

— Интересно. Где это вы видели столько драк?

— Да эти гады то и дело дерутся, – сказал Фер. – Только все проходит очень быстро, мы редко это замечаем. Они не сходятся грудь в грудь, не толкаются, как принято у нас. Им ни к чему заводиться перед дракой. Раз, и начали. А потом проигравший сдается, и все – будто ничего и не было. У меня сложилось впечатление, что они никогда не дерутся друг с другом насмерть. Только для установления иерархии.

— Это… это действительно интересно, – протянул Дафид.

— И перед нами встает еще один вопрос, – подхватил Фер. – Я разговорил одного эмбера с Силоса. Знаете таких? Вроде крабов с десятью ножками. Есть еще эмберы с Умпелта, они совсем не такие. Но я сейчас о другом. Эти эмберы с Силоса давно занимаются тем же самым. Тот, с кем я говорил, отметил, что почти у всех низкоранговых карриксов деформированы руки и ноги.

— Деформированы?

— Шрамы, культи, зажившие переломы, – стал перечислять Фер. – Во время схватки каррикс ломает сородичу одну из конечностей. После этого дело решено. Если обходится без перелома, сдавшийся сам позволяет причинить себе увечье. Поэтому они и поджимают верхние руки, понимаете? Их легче всего сломать.

Ууя Томос прокашлялась:

— И поэтому на Анджиине они выбили каждого восьмого, а не третьего или десятого. Восемь членов, один сломан.

— Я пока рассматриваю это как гипотезу, – сказал Фер. Ууя пожала плечами. – Но суть в том, что, когда эмберы с Силоса стали носить на руках повязки, особенно такие, которые по цвету и форме похожи на шрамы карриксов, те стали лучше к ним относиться.