Книга Птицы Великого леса, страница 227 – Ульяна Черкасова

— Ну, ты сможешь? – она оглянулась на Милоша, и он в ответ родил в другой руке пламя.

Ратиславия, Лисецкое княжество

Сани остановились, и Дара проснулась, подскочила на месте.

— Что такое?

Спросонья она не сразу поняла, что всё закончилось и сгоревший Лисецк остался далеко позади.

Она огляделась слепо, потерянно. Рядом зашевелился Милош, распахнул глаза и сощурился. Солнце стояло ещё высоко.

— Дружина здесь остановится, – сообщил мужик, правивший их санями. – Подождите пока, воевода вас куда-нибудь определит.

Дара вдруг почувствовала, как сильно замёрзла во сне, поёжилась и дохнула на руки, пытаясь согреть пальцы. В пожаре она потеряла рукавицы.

Милош взял её руки в свои, придвинулся ближе. Дара хотела оттолкнуть его, но вместо этого закрыла глаза. Они ждали Горыню так долго, что Дара несколько раз провалилась в сон.

— Будешь прощаться с князем? – послышался гулкий голос.

— Что? – вновь выныривая из дремоты, спросила Дара.

— Великого князя повезут дальше, на Калиновые холмы, – пояснил Горыня. – А мы останемся здесь.

— Да, – она вылезла из саней.

Всё было точно во сне. Дара двигалась, не чувствуя ног, говорила, не понимая толком значения слов. Заметив в других санях Третьяну, она прошла мимо, не сказала ни слова и даже злости не почувствовала. Ночью она бесследно исчезла, и весь город пришлось очищать им вдвоём с Милошем. Просто чудо, что они справились.

Дара остановилась возле саней, в которых везли Ярополка. Тело было укутано мехами. Под всеми покрывалами и не угадать, где голова, а где ноги.

— Можно посмотреть на него? – попросила Дара.

Мужик, сидевший на козлах, выглядел удивлённым.

— Зачем?

— Попрощаться.

Кажется, никто больше не посмел так бесцеремонно обращаться с Великим князем. Дара ожидала, что ей велят молча поклониться покойнику, но Горыня неожиданно сказал:

— Делай, как говорит госпожа лесная ведьма, – и он очень непривычно, как-то по-отечески потрепал Дарину по голове.

Извозчик залез в сани и откинул меховое покрывало, за ним ещё одно и ещё. Тело обмотали старательно и бережно, чтобы ничего не повредить в пути.

Медленно Дара приблизилась к саням, заглянула внутрь. Лицо Ярополка уже изуродовала смерть. Черты лица стали почти неузнаваемыми. Ни силы, ни жизни, ни огня в нём не осталось. Когда не было видно его ярких глаз, то и красивое лицо казалось лицом обычного человека, а не Великого князя, которого так боялись и потому так по-трусливому убили.

Дара склонилась над телом, быстро скользнула губами по ледяному лбу.

— А-ах…

Морозный ветер донёс до её ушей вздох. Белая женщина стояла вдали, наблюдала из-за деревьев.

Пальцами Дара судорожно сжала борт саней, через которые она перегнулась, впилась глазами в сумрачную тень вдалеке.

— Больше ты никого не заберёшь, – шёпотом пообещала она. Ответом ей стал смешливый перезвон льда.

После Дара прошла куда-то за воеводой, едва различая дорогу, легла, не раздеваясь, на лавку в тёмной холодной избе и не слышала больше ничего, что происходило дальше, а когда снова открыла глаза, было уже темно.

Ей снился горящий город. Он щекотал ноздри, пропитывал одежду дымом и пеплом оседал в волосах.

Дара и во сне слышала, как трещало дерево, когда огонь грыз крепостные стены и избы, а когда проснулась, поняла, что то другой огонь – укрощённый – шумел в печи.