Книга Господин прокурор, страница 163 – Катерина Траум

— Будешь так сладко стонать – и все закончится слишком быстро, – напрочь севшим голосом выдохнул он, лишь сильнее ее этим распалив.

Он продолжал круговыми, плавными движениями пальцев играть с ней, отчего Пейдж буквально билась под его руками, беспорядочно цепляясь ногтями за его предплечья. Было настолько хорошо, что в какой-то момент тяжелое ощущение внизу живота стало граничить с болезненным.

— Хочу тебя, – без малейшей мысли в заполненной молочным туманом голове выпалила Пейдж. – Хочу…

И тонко проскулила от нового настойчивого движения его пальцев, не сумев продолжить. Задохнулась. Да и не знала, что тут еще можно сказать, – только добавить «до боли». Ей физически нужно было, чтобы он забрал это странное и неведомое чувство, которое сам же поселил в ней. Не выдержав, Пейдж извернулась, прервав его ласки, и сама жарко припала к губам Киллиана, обняв его за плечи.

Он не стал терпеть ее доминации ни секунды. Ответив на порыв, делясь с ней металлическим вкусом крови, обхватил ее талию и завалил на постель, нависая сверху. Последний воздух вышибло из ее легких, и она потрясенно раскрыла глаза, встречая матово-черный, будто задымленное стекло, взгляд Киллиана.

— Нетерпеливая, – выдохнул он, прежде чем коротко поцеловать ее снова, а затем переместиться чуть ниже, щекочущим смазанным касанием к шее. – Я так давно ни с кем… Хочу насладиться тобой. – Он странным, смакующим жестом припал к участку чуть выше груди и слегка втянул в себя кожу, от чего Пейдж всхлипнула, остро впиваясь в его плечи. – Этим запахом… Попробовать… Взять…

Кажется, безумие накрывало и его, лишив связности речи. Он дополнял каждое отчаянное в своей дикости слово рваным поцелуем-укусом полушарий груди, чтобы затем сорваться в ее ложбинку и пройтись по этой впадинке самым кончиком языка. Влажно.

Пейдж даже не представляла, что Киллиан мог быть таким. Хаотичным, порывистым, согревающим воздух и ее плавящееся тело горячим дыханием. Она позволила своим ладоням беспорядочно гулять по его напрягшимся плечам, в упоении различая каждую мышцу и скрытую в ней силу. В какой-то момент Киллиан закинул ее бедро себе на пояс, не переставая пробовать все новые участки кожи – от ребер к впалому животу, пока Пейдж не захныкала в полном поражении:

— Хватит… я… я… больше не могу, мне так нужно…

Больше тянуть он не стал. Отшвырнув на пол пижамные штаны, накрыл ее дрожащее тело своим. Отбросив с разрумянившегося лица Пейдж разметавшиеся кудряшки, Киллиан нашел ее затянутый пеленой взгляд. Момент возможности последнего отступления, немого вопроса и откровения. Их губы снова соединились, на этот раз мягче, дольше. Дав чуть-чуть времени, чтобы перевести дух, прочувствовать, как ее грудь вжалась в его торс, как она податливо обняла его бедрами. А затем Киллиан плавно вошел в раскрывшееся, ждущее его тело.

Смешно было ждать, что тянущая потребность поможет справиться с этим. Пейдж ахнула от накативших ощущений, быстро прочистивших голову от тумана. Распирающее, растягивающее давление, ноющая боль, окатившая низ живота, словно удар под дых. И абсолютный шок во взгляде Киллиана, когда он, вздрогнув от потребовавшегося на это усилия, сосредоточился на ее лице с так явственно покатившимися к внешним уголкам глаз слезами, исчезнувшими в кудрях.