Книга Господин прокурор, страница 162 – Катерина Траум

— Я тоже соврала, – промурлыкала она, наслаждаясь тем, как Киллиан продолжал неторопливо и немного влажно выцеловывать ее шею. – Я не собиралась сегодня спать в своей комнате.

И кожей ощутила его улыбку.

— Вы толкаете меня на преступление, мисс Эванс.

От прежнего обращения, окрашенного возбужденной хрипотцой, у нее перехватило дыхание. Впрочем, в следующую секунду она вообще забыла, что надо дышать, потому как Киллиан тоже переместился на кровать и притянул Пейдж ближе, прижав ее к себе. Его твердое тело стало для нее надежной опорой. Она не успела и охнуть от нового, потрясающего контакта кожа к коже, как ее приоткрытый рот накрыл требовательный поцелуй с металлическим привкусом от ранки у него на губе.

Она чувствовала себя пойманной в капкан – и ей это безумно нравилось. То, как нетерпеливо столкнулись их языки, как его ладони подобрались и мягко сжали ее грудь, вызвав трепетное, щекочущее ощущение в животе. Как окутывал аромат его тела, травяного мыла и свежие эфирные отголоски эвкалипта.

Влага между ног, нарастающий импульс напряжения. Не выдержав вихря новых эмоций, Пейдж слабо застонала и бессильно уронила кружащуюся от недостатка кислорода голову на подставленное плечо Киллиана. Жарко.

— Такая чувствительная, – прошептал он в тихом восхищении, а затем перенес поцелуи на ее скулу, вновь уходя к открытой шее. – Моя…

И в этом слове прорезался первозданный мужской рык довольного собственника. Его тонкие пальцы чуть сильнее сдавили ей грудь, отчего Пейдж выгнулась ему навстречу.

— Кил… лиан, – прерывисто выдохнула она его имя, будто опалившее рот. Играющее на языке всеми оттенками сандала, железа, кофе и запретного для невинной Евы плода.

Вибрация от ее голоса перешла к его губам на яремной ямке – словно он съел этот исполненный потребности в нем звук.

— Еще, – до дрожи властно приказал он, неспешно изучая ладонями новые изгибы ее стана ниже талии. – Еще раз.

— Киллиан, – подчинилась она.

И в награду получила жадный, глубокий поцелуй, в котором больше не было и толики сдержанности. Только голод, от которого их зубы клацнули в мимолетном столкновении. Нетерпение. Желание. И возбуждение, которое можно было различить даже через скомканную ткань халата, – пульсирующую твердость за символической преградой в виде его пижамных штанов.

Пейдж поерзала, наконец-то выпутываясь из халата, который стал ее оковами. Бесконечно хотелось касаться в ответ, но положение для этого было не самое удачное, и она лишь смогла ласково пройтись кончиками пальцев вдоль его жилистых предплечий, когда Киллиан спустился ладонями к ее животу. Еще ниже, вынуждая инстинктивно развести бедра, между которыми было так мокро и липко. Колени бессовестно тряслись в смеси желания и волнения.

Ей хотелось – она сама бы не смогла объяснить, чего именно, – хотелось больше. Чтобы это тягучее чувство внизу живота перестало терзать изнутри. Но Киллиан не торопился, он как будто смаковал момент, с хриплым выдохом в шею Пейдж размазывая влагу по внутренней стороне ее бедра. Она зажмурилась от стыда и в то же время приятной неги. Ее будто качало в его объятиях, как на мягких волнах в океане покачивает яхту без паруса.

Наконец его пальцы проскользнули к самому источнику ее напряжения, нежно надавливая на клитор. Пейдж рефлекторно дернулась навстречу его ласке, звонко простонав от прокатившейся по венам горячей истомы. Киллиан тут же припал к ее рту с мимолетным, поверхностным поцелуем, закончившимся предупреждающим укусом нижней губы.