Книга Западный щит Руси, страница 62 – Андрей Булычев

— Вместе все объясняться будем, – хмыкнул тот. – Вон Назара попросим Гостёне Истомычу бересту нацарапать. А может, лучше его со своими людьми обратно с собой нам забрать? Вон они как ладно от скальвов отстреливались.

— Ну уж нет! – покачав головой, возразил разведчик. – Наше дело дружинное, под воинским стягом ходить, а не вам, торгашам, служить, пока вы мошну себе серебром набиваете.

— Да набьёшь её с вами! – хмыкнул приказчик. – То от литвинов, то от скальвов сломя голову бежишь. Сидели бы в Вильно на торгу да в ус не дули. Нет ведь, вези их, этих дружинных, за тридевять земель!

Шли по реке даже ночью. Пару раз пытались оторваться от преследовавших челнов, налегая на вёсла, но всё было напрасно, скальвы не отставали. Так и вышли из Немана в воды залива в сопровождении неприятеля.

— Парус ставь! – скомандовал Поздей, оглядывая горизонт. – Не совсем уж, конечно, попутный этот ветерок, но поймать мы его сможем.

Парус захлопал и, натянувшись, начал уверенно толкать судно, а уставшие гребцы наконец-то смогли отложить вёсла. Через несколько часов один за другим отстали челны преследователей, и уже дальше ладья шла одна. К южному берегу Куршского залива подошли ночью при неярком свете луны.

— Тихонько тут идём, – проговорил кормчий. – Близко к берегу не подплываем. Здесь в округе песчаные отмели могут быть, ежели вдруг на какую наткнёмся, потом ладью стягивать замучимся. И чтобы тихо все! – рявкнул он, услышав чей-то смех. – Пруссы, они народ воинственный. Привыкли со всем окружением ратиться. Даже между собой племена постоянно воюют, потому как никакой общности у них нет. А немцы этим и пользуются, пытаются примучить их по частям, а вот земли к своим рукам прибрать.

Помощники кормчего Бобёр с Вьюном, застыв на носу, зорко всматривались в ночной сумрак. По левому борту виднелись очертания деревьев и сплошные заросли высокой травы.

— Низина тут везде, сплошь болота да хляби, – проговорил негромко Поздей. – Местные на свайных поселениях живут, по-иному никак, потому как постоянно берег подтапливает. В основном они рыбой промышляют, зверя бьют, его тут очень много. А уж птиц-то сколько гнездится! Вот уж для кого тут истинный рай. Это сейчас здесь ночью тихо, а так, днём, от них сплошной гомон стоит. Ещё раз повторюсь, ребята, – пруссы народ воинственный, постоянно в набеги ходят, осторожней нам надо быть, чтобы они ненароком на нас не полезли. Так-то к торговым вроде как хорошо относятся. А чего бы и нет, если от нас, от купеческих, хорошая выгода им в мене есть? Бывал я у них, и знакомцы среди них у меня были.

— Старшой, вторую малую речку прошли, – донёсся голос Бобра. – Ту, что после мыска. Совсем скоро уже протока должна быть.

— Подходим, – проговорил кормчий. – Ещё пара часов – и у самого основания косы нужное нам устье речки будет. В переводе с местного Тростянкой она зовётся. Вот нам как раз туда и надо. Странно только, тишина вокруг. Так-то хоть пара-тройка рыбачьих челнов, а должны были бы встретиться. А вот же нет никого. Стра-анно.

Неожиданно со стороны затенённого растительностью берега выскочило разом несколько теней. Пара десятков ударов сердца – и торговая ладья оказалась в окружении множества длинных лодок, в которых угадывались очертания людей. Раздалось гудение рога, и из скрытых от глаз береговых проток на воду залива вышло несколько больших ладей.