Книга Близкие враги, страница 92 – Наталья Соболевская

— Ага, а то я заплачу, — съязвил мужчина и пояснил. — У нас нет отношений, потому что девушка даже не подозревает, что я бы хотел их.

Ого, такого поворота я ну никак не ожидала.

— Так просвети, вдруг она только этого и ждёт.

— Сейчас время неподходящее, слишком…

— А что, если подходящее время так и не наступит, до пенсии будешь кругами ходить? — выпалив, перебила мужчину. — Вот мой официальный совет, скажи или сделай так, чтобы она сама догадалась, а то найдётся кто-нибудь пошустрей и ту-ту, — дёрнула рукой воображаемый гудок. — Поезд ушёл.

— Всех шустрых я, допустим, уже изолировал, но, пожалуй, ты права. Скажу ей в самое ближайшее время.

— Вот и славно, вот и молод… — резко перестала хвалить родственника, потому как, сопоставив факты и показания родственника, одна вещь никак не сходилась. — Марат, признайся, ты мне просто морочишь голову? Если у вас нет отношений, тогда как тебе достались её трусы, а?

— Я их украл, — Воронцов так произнёс фразу, словно воровством можно и нужно гордиться.

— Да, ладно-о-о…. Да не может этого быть. Я очень-очень напрягаю воображение, но представить, что ты спёр чужие трусы, никак не могу.

— Сам в шоке. Тем не менее, когда появилась возможность, взял и, как ты выразилась, спёр.

Только когда перед носом замаячила тарелка с отбивной, я очнулась, что мы с Воронцовым уже не одни, а в компании официанта, и тема «трусов» канула в небытие.

Мне понадобилась лишь одна ночь, чтобы решить, что здание я покупаю и пусть в этом случае задолжаю Марату. Когда идёшь к цели, надо быть готовым и к жертвам.

Ровно с того момента, как застройщик, после регистрации права собственности, передал мне ключи от помещения, закрутилось колесо под названием «Открытие ресторана». И чем быстрей и активней оно вращалось, тем больше я становилась зависима от Воронцова.

Поставщик артачится дать скидку? Настя звонит родственнику, и он договаривается. Государственный орган отказывает в какой-то нелепой, но архи важной бумаге. К кому Настя идёт? Естественно к Воронцову и уже вечером документ на руках.

Несколько раз зарекалась больше не просить помощи у Марата, и тут же передо мной вставала проблема, которую хоть тарань, хоть грызи, хоть из кожи вон вылезай, она никак не решалась. Как сказал мне один чиновник: «Анастасия Сергеевна, разрешение получить очень просто, но для этого за вас должен похлопотать кто-нибудь весомый, либо платите, либо…». Мужчина прошёлся по мне сальным взглядом, я его не по-девичьи послала непечатными выражениями, вышла из кабинета и поехала в офис, конечно же, к Воронцову.

Марат в свою очередь мои просьбы всячески поощрял. Каждый раз, когда к нему обращалась, хвалил и просил впредь поступать точно также.

Ресторан скоро откроется, с родственником мы больше не грызёмся от слова «совсем», живём дружно. Казалось бы, всё хорошо, если бы не одно но… Воронцов постоянно смущает меня тем, что при любом удобном и неудобном случае прикасается. Например, два дня тому назад, когда обсуждали с подрядчиком отделочные работы, зачем он мне руку на талию положил и держал её там до конца встречи? Вчера в рекламном агентстве, где я заказала продвижение ресторана, взял в плен мою руку и никак обратно отдавать не хотел. А сегодня за завтраком, на мой взгляд, мужчина окончательно переборщил. Вместо простого «Спасибо, Настя, всё было очень вкусно», Воронцов ко мне подошёл, наклонился и в висок поцеловал.