Книга Близкие враги, страница 89 – Наталья Соболевская

Воронцов зачем-то, вопросительно выгнув бровь, на меня посмотрел.

Он что, моего благословения ждёт?

Не дождётся!

Лично мне больше по душе его тайный роман с «красными труселями». Там и интрига присутствует, и страсть чувствуется, и целое ведро сумасшествия подмешано. Как не крути, но несколько недель подряд носить в кармане пиджака нижнее бельё — нормой не назовёшь.

— Спасибо, — поблагодарив, Воронцов всё-таки взял визитку у девушки, Алина аж выдохнула, но долго карточка у мужчины не задержалась, он тут же передал её мне. — Настя, если созреешь ещё на один просмотр, ты знаешь по какому номеру позвонить.

Заметив кислую мину Алины, резко взяла себя в руки и перестала сиять. И вообще не понятно, чему я тут так рьяно обрадовалась, какая мне разница хранит Воронцов верность своим «красным труселям» или нет? Я с этими «труселями» дружбу ведь не вожу, в родственной связи не состою, более того, ни разу в жизни в глаза их не видела.

Хотя надо признать, только что «труселям» слегка позавидовала, не каждый мужчина на столь откровенный призыв от Алины тесно пообщаться нос отвернёт. Девушка она, чего греха таить, эффектная, одни только ярко-зелёные глаза в сочетании с каштановыми волосами до пояса чего стоят, а о третьем размере груди и вовсе молчу. По поведению видно, темпераментная, настойчивая, на мой взгляд, нагловатая, но для многих это скорей плюс, чем минус. Так что если Марат и «труселя» дойдут до венца, достанется даме муж хоть и вредный, но верный. С другой стороны, и этот факт сомнительный, Оксане же Воронцов изменял.

— Пообедаем? — замедлив шаг и кивнув на вывеску ресторана, что красовалась прямо по курсу к припаркованному авто, предложил Воронцов, когда мы вышли на улицу.

С учётом того, что я чёрт знает сколько нигде не была, согласиться хотелось жутко. Посидеть за столиком возле окна, поглазеть на прохожих, положить в рот в коем-то веке стряпню не собственного приготовления, но Марат в качестве спутника меня не устраивает. И дело не в том, что я опасаюсь его или мне с ним скучно. Скорей, наоборот, чем больше с родственником общаюсь, тем он всё больше во мне вызывает симпатию. Даже его дрянной характер перестал раздражать, более того, я начала находить в нём какие-то плюсы. Теперь Марат для меня не чересчур резкий, а человек, который умеет людям уверенно сказать «нет». Или ещё, раньше мне всё казалось, что Воронцов на всех окружающих свысока смотрит, теперь же эту его холодность в общении с посторонними воспринимаю как то, что он держит дистанцию.

Да и фиг бы с ним, если бы он мне понемногу начал нравиться, как человек, это даже неплохо, мы хоть и не кровные, но всё-таки родственники, но ведь я несколько раз поймала себя на мысли, что Воронцов ещё, оказывается, и мужчина, да и не абы какой, а ого-го какой…

Так, всё, Настя, гони от себя эти дурные размышления подальше и Марату не забудь отказать. Ничего с ним не случится, один пообедает.

— Марат, я и так отняла у тебя уйму времени, а ты человек занятой…

Воронцов не дал мне договорить.

— Настёна, этот ресторан, — мужчина ткнул пальцем в вывеску, — скорей всего станет твоим главным конкурентом в борьбе за клиентов. Неужели совсем неинтересно заглянуть в стан врага до начала войны и осмотреться, что у него да как?