Книга (не)покоренная для Монстра из Бездны, страница 33 – Инесса Голд

«Ты не получишь меня так просто», — прошептала я в темноту.

В ответ из зарослей гигантского папоротника донеслось тихое, влажное шипение.

Я сверилась с компасом в голове — цифры координат из дневника отца выжжены в памяти каленым железом. Я должна была найти «Двойной Водопад». Если карта верна, он был близко.

Я двинулась дальше, ступая прямо по руслу мелкого ручья, чтобы сбить след. Вода здесь была теплой и кисловатой на вкус, но она смывала запах.

Через полчаса мучительного пути лес расступился.

Звук падающей воды заглушил стрекотание преследователя. Я вышла на каменистый уступ и замерла, опираясь на свою клюку. Это было зрелище, достойное кисти безумца.

Два мощных потока воды срывались с разных скал, но не падали вниз. Подчиняясь искривленной гравитации этого места, они изгибались дугами навстречу друг другу, сплетаясь в воздухе в тугую, бурлящую косу, которая с ревом обрушивалась в идеально круглое озеро у подножия скалы. Вода светилась изнутри мягким бирюзовым светом, освещая грот.

«Двойной Водопад», — выдохнула я.

Я спустилась к озеру, скользя по мокрым камням. Вход должен быть там, за водяной завесой.

Я искала долго, ощупывая скользкую скалу, пока пальцы не наткнулись на корень, который казался слишком твердым для дерева. Это был металл, искусно замаскированный под кору. Рычаг.

«Ну же, папа…», — прохрипела я, наваливаясь на него всем весом.

Механизм, спавший пятнадцать лет, застонал. Ржавчина хрустнула, и часть скалы, поросшая иллюзорным мхом, сдвинулась внутрь, открывая узкий темный проход.

Я протиснулась в щель и навалилась спиной на рычаг с внутренней стороны, закрывая проход. Камень встал на место, отрезая меня от шума водопада и, я надеялась, от твари снаружи.

Тишина здесь была другой. Не вакуумной, а пыльной. Спертой. Воздух был законсервирован, как в гробнице фараона.

Я достала из кармана маленький световой кристалл — единственное, что уцелело из моего снаряжения, кроме ножа, — и встряхнула его. Холодный белый свет залил пространство.

Это была не просто пещера. Это была капсула времени.

Полевая лаборатория. Вдоль стен тянулись грубо сколоченные столы, заваленные колбами, покрытыми сантиметровым слоем серой пыли. В углу лежали два спальных мешка, превратившиеся в труху. На спинке стула висела куртка — выцветшая, но целая.

Я подошла ближе, и горло перехватило спазмом. На столе стояла металлическая кружка с эмблемой Гильдии. Рядом лежал шейный платок. Я знала этот платок. Мама носила его на той самой фотографии. Я протянула руку и коснулась ткани. Она рассыпалась под моими пальцами, но я успела почувствовать фантомное тепло.

Они были здесь. Они жили здесь. Любили здесь. И, возможно, были счастливы, прячась от всего мира.

Но я пришла не за ностальгией.

В центре помещения, на отдельном каменном постаменте, стоял предмет, накрытый промасленной брезентовой тканью. Я сдернула ее.

Под тканью стоял прибор размером с чемодан. Грубая, но надежная работа — стиль отца. Множество медных катушек окружали центральную камеру, в которой покоился кристалл — огромный, чистый, идеально ограненный. Он был похож на сердце моего амулета, только в сотню раз мощнее.

Рядом лежал лабораторный журнал. Я открыла его наугад.

«Прототип стабилен. Он создает резонансный купол радиусом в десять метров. Внутри него голос Бездны затихает. Мы готовы спуститься к Нему».