Книга Иномирная колючка его высочества, страница 147 – Юлия Зимина

Отец шумно втянул воздух, его брови удивленно поползли вверх. Он осекся, до конца осознав смысл ее признания. Правитель медленно повернул голову и посмотрел на стоящую за моим креслом девушку. В глазах грозного владыки Люмирии читался неподдельный шок, я же только подтвердил свои догадки.

Скосил взгляд на Кирию. Моя дикарка не отвела глаз. Она встретила ошарашенный взор самого могущественного человека империи с царственным достоинством. И лишь уголки ее губ дрогнули в слабой, ироничной улыбке, словно говоря: «Добро пожаловать в реальный мир вашего дворца, Император».

— Как ты планировала отравить наследного принца? — задал последний вопрос отец, и его тон стал убийственно тихим.

— Через его личную служанку, — безучастно вещала кукла на ковре. — Я приказала Каю привести ее ко мне. Шантажировала. Обещала похоронить заживо ее родителей и сестру, если она не насыплет яд в зубной порошок Ривиана.

Всё стало на свои места. Допрос был окончен. Пазл сошелся в единую, пропитанную кровью, ядом и предательством картину. Октавия и ее отец выстроили целую паутину лжи, годами убирая со своего пути любого, кто мог помешать их безграничной власти.

Император сидел молча и смотрел на женщину, которая родила ему сына, и видел перед собой лишь смердящую бездну.

Я перевел взгляд на Кирию. Ее рука всё еще лежала на моем плече, согревая сквозь ткань камзола. И в этот момент, посреди всей этой дворцовой грязи, раскрытых тайн и разрушенных жизней, я окончательно осознал, насколько мне повезло, ведь в этом змеином логове, где кровные узы не значили ничего, рядом со мной стояла девушка, чья Тьма дарила мне невероятно теплый и яркий Свет.

63. Падение в бездну

Просторный, залитый полуденным солнцем коридор перед Залом Совета гудел от приглушенных голосов высшей аристократии. Начищенный до зеркального блеска мрамор отражал блики от золотых эполет, шелковых камзолов и драгоценных камней на перстнях сановников.

В самом центре этого великолепия, окруженный плотным кольцом внимательно слушающих министров, возвышался лорд Тинарион — Первый советник Империи, отец правящей Императрицы. Мужчина, чье влияние уступало лишь самому правителю и наследному принцу. Он стоял в расслабленной, уверенной позе, заложив одну руку за спину, и с важным, снисходительным видом вещал:

— ...именно поэтому, господа, стабильность на южных границах требует не столько военной мощи, сколько грамотного экономического удушения, — его голос звучал размеренно, бархатисто, источая абсолютную уверенность в собственной правоте. — Корона должна контролировать каждый золотой, проходящий через их порты. Только тогда мы получим покорность. Власть, лорды, строится на предвидении и жестком контроле, а не на эмоциях толпы.

Сановники вокруг него закивали с таким усердием, словно услышали откровение свыше. Еще бы им не внимать каждому его слову — одно недовольное движение брови этого человека могло лишить их не только прибыльных должностей, но и голов. Лорд Тинарион наслаждался этим триумфом. Он купался в их подобострастии, упивался собственным величием, привыкший к тому, что мир вращается вокруг его воли.

Он наслаждался процессом и не увидел, как в дальнем конце коридора появилась группа гвардейцев в глухой, черной броне с золотыми соколами на нагрудниках. Личная гвардия Императора.