Книга Иномирная колючка его высочества, страница 120 – Юлия Зимина

Едва первые лучи солнца коснулись балдахина, я осторожно, стараясь не потревожить сон Кирии, высвободился из ее объятий. Поднялся с кровати, накинул халат и, бросив на спящую дикарку долгий, полный нежности взгляд, бесшумно покинул ее покои.

Мне нужно было срочно освежиться, иначе я рисковал потерять остатки рассудка.

Оказавшись в своих покоях, сразу направился в купальню. Просторная комната, отделанная светлым мрамором, встретила меня привычной утренней прохладой. Возле умывальника суетилась служанка — Ория. Одна из тех, кому я безоговорочно доверял. Она служила мне верой и правдой уже больше пяти лет.

Увидев меня, входящего в купальню с обнаженным торсом и не самым добродушным выражением лица, девушка поспешно склонила голову.

Я прошел к зеркалу, оперся руками о мраморную столешницу и тяжело вздохнул, разглядывая свое отражение. В глазах плескалась усталость от бессонной ночи, но на губах играла легкая, довольная улыбка.

Ория стояла за моей спиной, опустив глаза в пол. Она быстро поправила чистые полотенца на полке, низко поклонилась и торопливым шагом вышла из купальни, тихо прикрыв за собой двери.

Я зачерпнул холодной воды и сполоснул лицо, пытаясь смыть остатки ночного наваждения. Затем взял зубную щетку и потянулся к круглой керамической баночке с зубным порошком.

Пальцы уже подцепили крышку, я только-только собирался обмакнуть в него влажную щетку, как двери купальни распахнулись с такой силой, что ударились о мраморную стену. Грохот эхом разнесся по комнате.

Я резко обернулся.

В купальню влетела Ориа. Ее лицо было залито слезами, грудь судорожно вздымалась, а в глазах плескался чистейший ужас.

— Ориа? — нахмурился я. — Что случи...

— Нет! — истошно выкрикнула она.

Девушка рванула ко мне с такой скоростью, на которую вряд ли была способна в обычной жизни. Она налетела на меня и, совершенно забыв о субординации и статусах, стремительным, отчаянным ударом выбила зубную щетку у меня из рук.

Щетка со стуком отлетела в сторону и упала на мраморный пол.

— Нет! — заревела служанка, заливаясь горючими слезами и всхлипывая так сильно, что едва могла дышать.

Я застыл в полнейшем шоке. Мозг отказывался понимать происходящее. Стоял и смотрел на служанку, которая, казалось, окончательно лишилась рассудка.

А Ориа тем временем, не обращая внимания на мое оцепенение, бросилась к столешнице. Она дрожащими руками схватила баночку с зубным порошком и... поднесла к своим губам.

Прежде чем я успел хоть как-то среагировать, она запрокинула голову и высыпала содержимое баночки прямо себе в рот.

— Ориа... что ты делаешь?! — ахнул я, искренне сомневаясь, что уже проснулся и всё это не является каким-то безумным кошмаром.

Девушка судорожно закашлялась, проглатывая белую пыль. Из ее глаз градом покатились слезы.

— Она сказала... — всхлипывая и задыхаясь, пробормотала Ория, оседая на пол и прижимая руки к груди. В ее голосе звучало такое искреннее раскаяние, что у меня внутри всё похолодело. — Что мне нужно подсыпать вам это... Простите меня, принц. Простите! Она угрожала...

— Ория! — я мгновенно пришел в себя. Оцепенение спало. Я бросился к ней, падая на колени прямо на холодный мрамор, и попытался смахнуть с ее побелевших губ остатки порошка.

— Нет, не трогайте! — истерично дернулась служанка, отшатываясь от моих рук, словно от прокаженного. — Там яд! Я уверена в этом! Она сказала... либо вы, либо моя семья... А я не могу выбрать! Не могу! — девушка зашлась в глухих, надрывных рыданиях, раскачиваясь из стороны в сторону. — Вы столько сделали для моих родных! — кричала она сквозь слезы. — Вы помогли моей сестренке, когда она заболела! Уж лучше пусть погибну я, тем самым сохранив жизни и вам, и моей семье!