Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 92 – Алекс Скай

— Да.

— И всё равно помогли скрыть нарушение приказа?

Рован слабо усмехнулся.

— Я был очень зол. Не очень последователен.

— Зачем рассказываете?

— Чтобы вы ненавидели его за правильные вещи.

Он ушёл. Я долго смотрела на пустой проход. Правильные вещи. Как удобно было бы разделить людей именно так. Хорошее. Плохое. Правда. Ложь. Виновен. Невиновен. Документы создавали иллюзию, что мир тоже можно разложить по графам. Но приказ с подписью Кайра был настоящим. И план спасения Иллены тоже. Одно не отменяло другого.

Он подверг её риску. Он пытался спасти. Не успел. Потом скрыл. Рован потерял сестру и семь лет жил с неправильной частью правды. Цена секретов всегда распределялась не между теми, кто их создавал.

* * *

К вечеру я вернулась во дворец. Не к Кайру. К Мирель. Она нашлась в малом читальном зале, окружённая документами по завтрашнему заседанию.

— Если пришли спасать меня от бюджета дорожного строительства, я готова признать вас любимым человеком.

— Не торопитесь. У меня хуже.

Она отложила бумаги.

— Слушаю.

Я рассказала об Иллене. Не все детали. Те, которые Рован разрешил использовать. Мирель слушала молча.

— Поэтому они с Кайром столько лет почти не разговаривали о ней, — сказала она.

— Вы знали о конфликте?

— Да. Не причину.

— Никогда не спрашивали?

— Спрашивала. Оба отвечали так, что после трёх фраз хотелось оставить их в комнате и запереть дверь.

— Хорошая стратегия.

— Жалею, что не использовала.

Она посмотрела на меня.

— Вы ушли от Кайра.

— Да.

— Совсем?

— Из кабинета.

— Я не про кабинет.

Я помолчала.

— Не знаю.

Мирель кивнула. Без улыбки. Без попытки подтолкнуть. За это я была благодарна.

— Он не хороший человек, — сказала я.

— Нет.

Ответ удивил.

— Вы говорите очень уверенно.

— Потому что знаю его почти всю жизнь.

— Тогда почему доверяете? — Она задумалась.

— Потому что «хороший» и «надёжный» — разные вещи.

— Объясните.

— Отец может быть добрым, когда хочет. Рован очень порядочный. Вы, думаю, стараетесь поступать правильно. Кайр обычно начинает с другого вопроса.

— Какого?

— Что произойдёт после моего решения.

Я вспомнила Иллену.

— Иногда ошибается.

— Очень.

— Иногда человек исчезает.

— Да.

Мирель не пыталась смягчить.

— И вас это устраивает?

— Нет.

— Но вы всё равно ему доверяете.

— В определённых вещах.

— Каких? — Она подумала.

— Если он обещает, что придёт, придёт. Если говорит, что будет защищать, будет. Если признаётся, что не может гарантировать безопасность, я верю именно этой фразе больше, чем обещаниям большинства людей. Но если спросите, рассказал ли он мне всё, что должен, я заранее отвечу нет.

— Удобная система.

— Не очень.

— Тогда зачем? — Мирель посмотрела на меня слишком внимательно.

— Вы пытаетесь решить, можно ли любить человека, которому нельзя доверять полностью?

Я почувствовала раздражение. В основном потому, что вопрос попал слишком близко.

— Я не говорила о любви.

— Я тоже не говорила, что речь о вас.

— Мирель.

— Молчу.

Она взяла один из документов. Я остановила.

— Ещё вопрос.

— Да?

— Кайр когда-нибудь женился бы ради государства?

Мирель рассмеялась.

— Вот теперь точно не говорим о вас.

— Это связано с расследованием.

— Разумеется.

— Правда.

— Хорошо. Нет.

— Почему?

— Ему предлагали.

— Кто?

— Отец. Совет. Половина знатных семей столицы, если верить слухам.