Книга Царь Скорбь, страница 463 – Джо Хилл

Отперев дверь в Сокровищницу, Донна отступила в сторонку, пропуская вперед Гвен. Дверь оказалась совсем небольшой, и Тане пришлось слегка поотстать. Проходя внутрь, поглощенная размышлениями Гвен зацепила левой ногой каменный откос дверного проема. Выскользнувший из-под мышки костыль, кружась, отлетел в сторону, навстречу ей ринулся пол. Гвен вскинула руки, чтоб не разбить лицо, однако колени с треском ударились о мрамор, локти подогнулись, и Гвен почувствовала, как внутри, в животе, что-то рвется – будто кто-то раздирает надвое отсыревшую, сгнившую тряпку. Вскрикнуть не удалось: дух перехватило, поврежденное легкое вспыхнуло болью, будто Гвен вдохнула раскаленный пепел.

Остальные девчонки бросились к ней, обступили ее кругом. Заметившую, что Элли с трудом сдерживает слезы, Гвен охватило смутное раздражение. В конце концов, худо-то ей, а не Элли – с чего у Элли вечно глаза на мокром месте? Но вместо того, чтоб прикрикнуть на нее, Гвен подняла руку и нежно погладила ладошку Элли. Похоже, привычка ободрять горюющих въелась в подкорку так крепко, что без преднамеренных стараний ее не одолеть, а для этаких подвигов у Гвен не осталось сил.

— Все в порядке, – сказала она, хотя ни о каком порядке не могло быть и речи: просочившаяся сквозь повязку кровь текла по спине, пачкая пояс треников.

— Дрянь дело-то, – заметила Тана. – Совсем дрянь дело. Какого хрена она не в больничной койке? Я лично глядеть, как больная женщина умирает у нас на глазах, не подписывалась.

— В больничной койке она умерла бы наверняка, – бесстрастно возразила Донна, – и еще кучу народу утащила бы с собой за компанию. До Пасхального воскресенья четыре часа, если кто вдруг забыл.

Развернувшаяся к ней Тана явно готова была взорваться… однако, что бы ни собиралась сказать, вовремя прикусила язык. Тем временем Робин Феллоуз терпеливо шел вдоль вереницы окон, обращенных к первому этажу библиотеки, и опускал, опускал, опускал жалюзи, укрывая Сокровищницу от взгляда любого, кому бы ни вздумалось пройти через вестибюль. Взглянув на него, Донна затворила и заперла на замок дверь, а Элли с Таной помогли Гвен встать на колени. Тана, задрав сзади ее кенгурушку, окинула взглядом рану.

— Повязка насквозь.

— У меня платок есть, – вспомнил Робин, припав возле них на колени и запустив руку в сумку.

Тана осторожно отлепила от раны вымокшую в крови марлю. От шибанувшей в нос вони – сладковатого, мерзкого запаха порчи, будто из вазы со сгнившими фруктами, – Гвен чуть не вывернуло наизнанку. Свернув в несколько раз носовой платок Робина, Тана приклеила его к ране лентами пластыря от старого марлевого тампона. В глазах Гвен до сих пор вспыхивали, кружили искры. Тана, шагнув к Донне, зло зашептала ей что-то, но Донна уперлась ладонью ей в грудь и оттолкнула Тану на пару футов назад, даже не потрудившись ответить.

Гвен обвела взглядом зал. Здесь она за три с половиной года студенчества не побывала ни разу. Легендарная Сокровищница оказалась продолговатой, покойной, будто нарочно созданной для неспешных раздумий за одним из немногочисленных исцарапанных столов, в одном из кресел с прямой спинкой. На одном из них кто-то оставил сложенную газету, слегка трепетавшую, шелестевшую под дуновениями неизвестно откуда дующего ветерка. После приснопамятных краж книжные стеллажи – предосторожности ради – забрали проволочными решетками, запертыми на висячие замки. Вдобавок на средства, полученные от самого Колина Рена, администрация колледжа отгородила дальнюю треть зала стеклянной стеной, за которой теперь и хранились самые ценные книги. Пройти к ним могли лишь те, кто знал код от цифрового замка. Кроме того, за стеной установили систему контроля климата, а в углу повесили видеокамеру, чтоб держать остекленное хранилище под наблюдением. По счастью, оставшаяся часть Сокровищницы в объектив камеры, развернутой к дальней стене, в сторону полок с драгоценными раритетами, не попадала, а выходящие наружу окна представляли собой узкие щели, амбразуры глубиной в целый фут. Взглянув на них, Гвен снова подумала, что библиотеку будто бы изначально строили с расчетом на нападение дракона.